Не люблю большие сражения, еще хуже осады, и стараюсь рядом не болтаться. Кроме шанса случайно нарваться на воинов врага можно получить дизентерию, что частенько неприятнее и опаснее. А то и другие болезни. В районах излишней скученности при плохом уровне гигиены эпидемии непременно рано или поздно случаются. Бывало, огромные армии вымирали, да еще и разносили заразу по всей округе.
– Защитники крепости попытались нарастить высоту стены, но внутри не было достаточно материалов. Пришлось разбирать дома. Хоть и медленно, из-за постоянных вылазок насыпь росла, все больше приближаясь к городской стене. Когда между платформой и стеной остался лишь небольшой промежуток, в ход пустили тараны. Они били в верхнюю, слабую точку стены. Постепенно та начала разрушаться. Попытки сарков поджечь насыпь и осадные машины приводили к большим потерям с обеих сторон, но остановить продвижение они не смогли. Слишком большие силы охраняли насыпь. Любой высунувшийся из-за прикрытия подвергался смертельному риску, и тела погибших постоянно падали вниз.
Однажды стена поддалась и рухнула. Брешь образовалась в несколько десятков локтей, и в нее сразу ворвались огромные силы. Защитники вынуждены были собраться ниже пролома, и их не только атаковали свежими отрядами, но и закидали сверху дротиками и копьями. Одновременно, чтобы не дать возможности перебросить с других участков подкрепление, начался штурм неповрежденных стен с заранее подготовленными лестницами.
Сарки сопротивлялись яростно. Почти месяц шли бои за каждый дом и улицу. Потери понесли огромные. Не меньше трети войска погибло, – почти весь Легион, добавил мысленно. Их бросали в первых рядах и очень глупо делали, – но сила их была сломлена! – закончил торжествующе.
– Великую славу заслужили, – пробормотал Тор.
– Нет почета и великой славы в том, чтобы валяться в лихорадке или бесконечно страдать от дизентерии, – отрезал, не сдержавшись. – Большинство вовсе не желало умирать за Ра-Солнце. И расправа с населением в конце героизма к облику наших войск не добавляет.
Тор уже открыл рот, чтобы дать отповедь недоумку, когда с кормы раздался крик. Недоуменно оглянувшись, легионеры вскочили на ноги, хватая оружие. Через борт галеры на палубу лезли вооруженные полуголые люди. Не особо разбираясь, кто перед ними, вонзали клинки в мешающих им гребцов-рабов, а также походя свалили надсмотрщика и боцмана.
Над кораблем повисли дикий крик, лязг железа и вой раненых. Борта у нашего корыта низкие, даже не требуются кошки с канатами. Почему никто не заметил пиратов, разбираться придется серьезно. В таком количестве подкрасться и не побояться напасть на военное судно – крайне опасный народ!
– К оружию! – прокричал сержант совершено не требующуюся команду. Его подчиненные уже без распоряжений выстроились, приготовившись к схватке.
Очень наглядно стало видно отличие легионеров от команды, по большей части метавшейся без толку и напоминавшей перепуганных куриц, и морской пехоты, кинувшейся навстречу напавшим. Взвод зеленомундирников без суеты разобрал мушкеты, зарядил их и приготовился. Стоило жуткой свалке, в которой перемешались защитники и атакующие, подкатиться к корме, как грянул дружный залп. С такого расстояния мудрено промахнуться даже полуслепому, а этих учили, и неплохо.
Сплоченная команда разбойников, раскидывающая вокруг себя убитых и раненых противников, не пытающихся спрятаться под лавки, оказалась ополовиненной и невольно растерялась. Это длилось недолго, однако клин легионеров с мечами и присоединившиеся к нему члены экспедиции врубились в потерявших запал храбрости врагов. На острие атаки двигался Пулад, показывая высокий класс профессионального воина-убийцы. Двуручный меч в его руках мелькал не хуже невесомой тростинки, сшибая замешкавшихся и не позволяя им приблизиться. Двое фемов по бокам прикрывали его от наскоков с флангов. Остальные пристроились к легионерам сзади.
Люди валились под ударами богатыря не хуже пшеничных стеблей под серпом. Оставалось лишь переступать через трупы и следовать за ним, добивая. Этим в основном занимались артиллеристы. Палить они все равно не могли. Пушки невозможно развернуть, зато тесаками пользовались умело.
Бандиты оказались не вполне идиотами и расступились в стороны, позволив стрелкам всадить в героя пару арбалетных стрел. Заодно и идущие за его спиной словили. Ручные стрелометы по нынешним временам изрядно доступнее и на море выгоднее мушкетов. Уж точно не подмочишь порох, ныряя в волнах на лодке. В ближнем бою скорострельность ничуть не хуже, чем у огнестрела.
Теперь уже дерущиеся поменялись ролями, и с десяток наших защитников пострадали. Зато остальные легионеры рванули вперед, не позволив уничтожать себя на расстоянии и порубив основных противников. Общий строй распался на множество мелких групп дерущихся, и по палубе катался жуткий клубок рычащих и машущих самым разнообразным железом человекозверей. В таких случаях про куртуазное поведение забывается моментально, и люди нередко принимаются грызть врага зубами.
