– Капитан дважды снимет прибыль. Сюда не бесплатно пришел, да еще и полные трюмы привезенных из Султаната вещей не дешево продаст.
– И почему так мало желающих нажиться? – показывая на причал, забитый кораблями всех видов и размеров, среди которых наш бриг смотрелся далеко не самым крупным, спросил Феликс.
– Ну, здешних раскладов не знаю, – признал честно, – но про дела в Серкане наслышан. Не думаю, что порядки всерьез отличаются. Основной поток товаров прочно поделен между крупными торговыми домами. Иные существуют сотни лет и пустили прочные корни в тутошнюю почву. Какой-то мизер все равно проскочит мимо.
– О! – пробурчал Крей. – Девка вернулась.
Кара шла в нашу сторону в сопровождении двух приставленных легионеров. По трапу с грохотом промчался навстречу Пулад. Они остановились, причем с такого расстояния и маг не подслушает, а он заинтересованно нарисовался у борта. Принялись обмениваться впечатлениями.
– Алчность человеческая неистребима, – сказал, заканчивая лекцию. – Потому проще всего мелких торговцев не замечать. До определенного момента. А потом доложить о поимке опаснейших и крупнейших контрабандистов, если из столицы раздастся недовольный рык. На самом деле в любом торговом доме неминуемо какая-то часть товаров идет неофициально. Опасно, да прибыльно.
И на чужом корабле возить не станут. С незнакомцами вообще никто разговаривать не будет. Наш капитан расторопный, или ему не в первый раз, или работает по серьезной рекомендации.
– Во всей это картине, – сказал вслух, – есть маленькая сложность, касающаяся нас с вами.
– То есть? – насторожился сержант.
– Да то, о чем ты говорил с утра, – пояснил я. – Даже если найдется проводник, прямо сейчас же в горы не рванем. Еда, животные под груз. А бриг уйдет в ближайшее время. Мы что, так и будем на берегу сидеть до утра? Ну, может, вам нормально, а я предпочитаю комфорт и ночью хотя бы свежее сено, если не мягкий тюфяк.
Беседа начальства незапланированно прервалась появлением явно мелкого по виду чиновника. Что-то он сказал, от чего Пулад откровенно взбесился и схватил его за кафтан. Еще немного, и примется трясти, как кошка пойманную мышь. День определено перестал быть спокойным и скучным.
На выручку местному кинулись несколько типов с разбойничьими мордами. Кажется, чиновники с бандитами здесь живут в трогательном согласии, если дело не в нашей чуждости. С нашей стороны на помощь начальству посыпались с брига легионеры. Не то чтобы они держали командира за своего, однако стоять в стороне тоже странно. Вроде из одного отряда и даже дрались вместе. А возможно, предстоит и в будущем. В таких случаях не рассуждают. Тем более что двое, ранее сопровождавших фемку, торчали там и непременно должны были оказаться в числе участников схватки.
– Стоять! – заорал сержант неизвестно кому. Очень может быть, и всем сразу. – Что происходит?
– Что значит неизвестно кто? – орал разъяренный монах в невозмутимое лицо.
– То и значит, – совершенно спокойно отвечал чиновник, будто не его трусил здоровенный мужик, держа за шкирку. – Будьте любезны отпустить судейского при исполнении.
– Да я ж тебя! – Пулад определенно был в бешенстве и даже слов не находил.
Полубандитские морды собравшихся вокруг грузчиков и портовой швали лучились счастьем. Если б не легионеры, уже началось бы. Одно движение или слово, и будет свалка. Люди не меняются. Вечно хочется излить агрессию и оторваться на ближнем, дальнем или незнакомом. Жизнь меняется, а побуждения прежние. Будто не проходят столетия. Даже заповеди и новый бог кардинально не изменили психологию.
Здешнее население, почти полностью происходившее от жителей горной страны, самостоятельно вышедших с гор или выбитых силой, уважают врага-горца, но презирают чужих для них жителей империи, не делая исключения и для солдат. Слишком часто приходится сталкиваться с покорностью привыкших к кастовой системе и послушных вышестоящему начальнику независимо от его поведения. Унижений нормальный горец не потерпит. Купцы с запада тоже частенько обманывали, не добавляя уважения к своему племени.
– Вы теряете лицо! – с отчетливой ноткой превосходства прозвучало из уст Кары.
Пулад замер, очень медленно и с явным усилием отпустил юридического крючка.
– Прошу прощения за излишнюю горячность, – проговорил он, словно одолжение делал. – Уж очень известие неожиданное.
Зрители невольно вздохнули. Большинство с разочарованием. Драки не будет. Круг готовых сцепиться людей распался.
– Бывает, – тоном сделавшего одолжение согласился противник, от чего брат ордена покраснел. – Ну и как, – отряхивая невидимую пылинку с далеко не нового одеяния, потребовал: – забирать будете?
– Второй где? – спросила девушка. – Он тоже?
– Этот цел. Пьян полностью, до потери сознания. Валяется под столом в состоянии нирваны.
– Сержант!
– Да, госпожа, – предупредительно замер Дюби.
– Этот… должностное лицо, – она проглотила совсем иное и не слишком приятное слово, – только что поставил нас в известность, что в кабаке…
– «У морячки», – охотно подсказал тот.
