– Нет. Конечно же нет. Просто… он меня порой пугает. Мне не нужна любовь того, кто преследует меня, – чуть громче сказала Олеся, подавая ему свою тарелку. – Ты ведь не делал так со мной, правда? Не пугал меня, чтобы быть со мной?
По его телу пробежала мелкая дрожь. Эрик едва не выронил из рук грязную тарелку, успел вовремя сильнее сжать ее пальцами. Он повернулся и посмотрел на Олесю, криво улыбнувшись.
– Ты думаешь, я на такое способен?
– Нет, Эрик. Ты точно никогда бы со мной так не поступил.
– Да, не поступил бы. Потому что я тебя люблю. Не забывай об этом.
– Тогда какое он имеет право так поступать со мной? Навязывать себя. Свою симпатию.
Не придумав ничего лучше, Эрик обнял ее сзади за плечи, прижал к себе.
– Никакого, – прошептал он, медленно поглаживая Олесю по рукам. Он чувствовал ее нервозность, хотел успокоить. Была бы его воля, Эрик не выпускал бы Олесю из квартиры дальше ближайшего магазина. Хотя и в тот отправлял бы лишь под своим присмотром.
Олеся прикрыла глаза и тихо выдохнула. Снова почувствовала едва уловимый цветочный аромат и никак не могла понять, откуда он доносился. Лишь через несколько долгих минут в объятиях Эрика она поняла – так пахнет он. Снова. Цветами.
Хоть к квартире она и не привыкла до конца, но постепенно Олеся чувствовала себя тут уютнее с каждым днем. На подоконниках стояло несколько горшочков с зелеными геранями. Бабушка, которая продала их им, называла цветы калачиками. Олеся улыбнулась, слово показалось ей забавным. Один из цветков расцвел нежно-розовым, и Олеся любила ранним утром подходить к окну и смотреть на цветы. На ее губах сразу же появлялась улыбка.
– Ты пахнешь цветами, – прошептала Олеся, наклонив голову назад и посмотрев на Эрика. – Не могу понять какими, но это цветы. Вкусный аромат.
– Наверное, это мой шампунь, – он опустил взгляд и заглянул в ее карие глаза. Эрик мог потратить всю свою жизнь, чтобы вот так вот стоять позади нее и смотреть в эти глаза цвета горького шоколада.
– Цветочный?
– Гель?
– Не знаю. Я ничего подобного не встречала раньше.
– Тебе тоже стоит сходить в душ, Олеся. И воспользоваться цветочным гелем для душа. Знаешь, мы можем даже пойти туда вместе.
– Не получится, – она смутилась. Хоть она и привыкла к Эрику, но принимать с ним душ не могла. Боялась, стеснялась и не знала, как себя с ним повести. – Кто-то должен убрать тут все.
– Я уберу. Ты с работы. Наубиралась.
Олеся взяла все необходимое в спальне и ушла в ванную. Щеколда немного сломалась, и дверь закрывалась неплотно, порой могла приоткрыться на несколько сантиметров. Олесе это доставляло дискомфорт, но Эрик обещал все починить. Она вообще заметила, что он исполнял все, что говорил.
Она разделась и включила воду, вошла в небольшую душевую кабинку. Встала под струи горячей воды, наклонила голову назад и закрыла глаза. Олеся стояла, наслаждаясь тем, как по ее телу стекала вода. Смывала с кожи пот, воспоминания о прошедшем дне. Воспользовавшись своим гелем для душа, поднесла ладони к носу и вдохнула легкий цветочный аромат. Нет, не тот! Эрик пах иначе, будто он только что держал в руках букет цветов, и вот на его теле осталось немного их запаха.
Дверь в ванную слегка приоткрылась из-за сломанной щеколды. Всего несколько сантиметров, но Эрику хватило этого, чтобы остановиться в коридоре. Любопытство и желание взяли верх, и вот он еще сильнее подтолкнул дверь и заглянул внутрь. Увидел Олесю сквозь запотевшее стекло душевой кабинки и не мог сдержать тихого стона. То ли радости от увиденного, то ли разочарования из-за невозможности быть там с ней и касаться ее тела руками. Эрик хотел бы рассмотреть Олесю в мельчайших подробностях, запомнить каждую родинку, каждый шрамик на коже, но пока довольствовался тем, что имел.
Она стояла спиной к двери, смывала гель с плеч, опускалась к груди. Эрик мог лишь снова думать о ней и мечтать, что когда-нибудь сам коснется ее. Проведет пальцами от ключиц до груди, сожмет их ладонями. Постояв еще немного, Эрик мысленно выругался, прикрыл дверь и ушел в спальню. Едва дышал, ноги почти не слушались, сердце билось как сумасшедшее. Эрик был возбужден, и даже ходьба из одного угла комнаты к другому ничем не помогала.
– Все хорошо? – услышал он. Повернулся и увидел Олесю, которая только что вошла в комнату. Волосы были замотаны в красное полотенце, на самой Олесе надеты серые штаны и черная футболка.
– Да, все хорошо, – повторил Эрик, улыбнувшись. Осмотрев Олесю, он ушел в ванную, оставляя Олесю одну.
Эрик лишь надеялся, что Олеся не выйдет из комнаты. Не мог больше терпеть и решил расслабиться сейчас, пока выдалась возможность. Закрыв дверь в ванную поплотнее, быстро разделся и зашел в кабинку, включил воду. Фантазии о том, как пару минут назад здесь была Олеся, кружили ему голову. Тихо выругался и наклонился, лбом уткнулся в запотевшее стекло кабинки. Терпеть было невыносимо, и он дал волю фантазиям.
