Из-за странных снов Олеся просыпалась не в самом добром расположении духа вот уже который день. Быстро убегала в ванную, принимала холодный душ, потом пила горячий чай без сахара, но с молоком и таблетку обезболивающего. Последнее нужно было сделать так, чтобы Эрик ничего не заметил. Беспокоить его этим Олеся не хотела, лишних вопросов тоже желала избежать. После всех этих утренних процедур Олеся пила две таблетки, которые всегда лежали на ее столике у кровати. По назначению врача.
Убежав на работу пораньше, Олеся лишь надеялась, что приготовление ужина возьмет на себя Эрик. Сегодня ему на работу нужно было лишь после обеда, чтобы поработать барменом. «Вот выспится и что-нибудь приготовит», – надеялась Олеся, быстро двигаясь между прохожими. Она смотрела только перед собой, по пути купила себе маленький стаканчик кофе и теперь, казалось, окончательно пришла в себя после странных снов.
Ночью Олеся чувствовала себя безмолвной куклой, которую посадили в неудобное кресло, пристегнули руки и ноги кожаными ремнями и заставили смотреть фильмы. Причем такие старые и непонятные, что голова шла кругом. Каждый кадр молниеносно сменялся другим. Вот только сейчас Олеся видела холодную поверхность моря, на которой мелькали солнечные блики, но стоило моргнуть, и она уже сидела на заднем сиденье машины и пыталась что-то увидеть сквозь запотевшее окно.
– Я больше тебе не враг! – кричал Сережа Лазарев, когда Олеся открыла дверь кафе. Эту музыку любила Остроухова и пыталась заставить всех слушать лишь песни Лазарева. Голос Олесе нравился, а вот песни как-то не очень. Что-то в них ее отталкивало.
В половину девятого людей в кафе было негусто: все были или на работе, или на учебе. За дальним столиком ворковала парочка. Парень кормил девушку тортом, а она улыбалась и что-то ему рассказывала. На другом конце зала за одиночным столиком сидел представительный мужчина и был занят делами – печатал в ноутбуке, разговаривал по телефону, зажатому между ухом и плечом.
У барной стойки стояла Людочка и прожигала входную дверь взглядом. Но стоило ей увидеть Олесю, как ее губы расползлись в коварной улыбке. Кивнув подруге, Олеся скрылась за дверью подсобки, чтобы скорее переодеться и приступить к работе.
– Ну наконец-то ты пришла! – громким шепотом воскликнула Людочка, входя в подсобку через пару секунд после Олеси. – Ты не представляешь, что вчера было. Ой, не представляешь.
– Конечно не представляю.
– Я встретила вчера мужчину, Леська. Да-да, и не смотри на меня так, – отмахнулась Остроухова. – Высокий, красивый, умный. Главное, при деньгах. На нем пальто было, я такое в магазине видела. Думала, что это не цена, а номер телефона для перевода, – хихикнула Людочка.
Слушая подругу вполуха, Олеся переоделась, поправила волосы и посмотрела на Людочку. Та мечтательно прикрыла глаза, явно вспоминая своего идеального мужчину в дорогом пальто.
– Сегодня на свидание пригласил. Я ж не совсем того, чтобы такой шанс упускать. Но вот запара, я ж сегодня закрываю тут все. И будет очень обидно, если свидание придется перенести. А вдруг клиент сорвется? Ну этот, мой, в пальто. Что тогда?
– Ты это на что намекаешь, Остроухова? – проворчала Олеся, закрывая дверцу шкафчика слишком громко.
– Чего сразу намекаю? Я прямо говорю. Выручи, а? – взмолилась Людочка. Сейчас она была готова молиться на Олесю, ставить свечки за здоровье и все цветы мира бросать к ее ногам. – Ну будь ты человеком, такой мужчина. А вдруг уведут? Ну и дура! – крикнула Остроухова, когда Олеся прошла мимо подруги, закрыв за собой дверь подсобки.
В зале все еще пел Сережа Лазарев, но теперь о любви. Эта песня нравилась Олесе немного больше. «Ишь какая, чтобы я снова все делала вместо нее! Свидание у нее, а все шишки опять мне», – думала Олеся, поправляя бейдж на блузке.
С Остроуховой они не говорили весь день, и все это время из динамиков вырывался все тот же голос Лазарева. Через несколько часов Олеся почувствовала себя виноватой и решила, что пусть Сережа поет, а с Людочкой она поговорит вечером. Так и вышло – ближе к концу рабочего дня Олеся подошла к подруге и сказала, что все сделает сама, а та может идти к своему парню в пальто.
– Спасибки, Леська! – воскликнула Людочка, крепко обнимая подругу за шею. – Выручила. Вот обещаю, что ты будешь первая, кого я на свадьбу приглашу.
