Валерия Владимировна сидела в комнате дочери, в руках держала ее фотографию. Ту, которую Есения сделала в начале осени – волосы распущены, передние пряди сдерживались очками в серебряной оправе. Есения выглядела счастливой, улыбалась и даже не подозревала, что скоро исчезнет.
Перед ней стоял штатив с камерой. Запись вот-вот начнется. Помимо Валерии Владимировны в комнате сидели Даша и Тоша, бывший одноклассник девушек. Флеер сказала, что сейчас Антон занимается видеосъемкой на профессиональном уровне. Тоша, высокий брюнет, чье тело было расписано татуировками, расхаживал по комнате Есении, будто она была его собственной. Здесь он был давно, когда еще учился в классе седьмом, и с тех пор в комнате многое изменилось.
– Это лучше поставить вот так… Ага, супер, – кивнул Тоша, переставляя вещи в комнате Есении.
Валерия Владимировна хотела накричать на него, чтобы он убрал руки и ничего тут не трогал, но язык не поворачивался. А вдруг все это поможет? Банальная перестановка поспособствует поиску ее Есении. Вот увидит она это видео, узнает свою комнату и сама напишет. Что-то вроде: «Мамочка, вот она я. Забери меня домой!» Но Валерия Владимировна была неглупой женщиной. Хотя она все еще верила словам гадалки: «Тепло настанет, она дома будет».
– Приступаем! – кивнул Антон, включив камеру. – Вы, главное, не нервничайте. Говорите от души, с эмоциями.
Выдохнув, Валерия Владимировна еще раз окинула комнату взглядом, посмотрела в камеру и на мгновение прикрыла глаза. Собралась с мыслями и начала говорить. Тихо, но от самого сердца.
– Дорогая моя доченька. Если ты слышишь или видишь это видео, то, пожалуйста, напиши мне, – вздохнула женщина, а после снова замолчала. Набиралась сил. – Второго ноября Есения Чехова, моя дочь, села в черную Кia Сerato и поехала на первый рабочий день.
Валерия Владимировна рассказывала все, начиная с того, во что была одета ее девочка, и заканчивая тем, где ее видели в последний раз. Эти факты глубоко засели в ее памяти.
– Если кто-нибудь видел ее, – женщина показала фотографию Есении, а Тоша умело приблизил кадр, и теперь все могли увидеть улыбчивую девушку, – пожалуйста, сообщите. Есения, девочка моя, прошу тебя, вернись домой. Я тебя очень жду.
Не выдержав, Валерия Владимировна заплакала, закрыв лицо ладонями. На коленях все еще была фотография Есении. Те же глаза, та же улыбка.
Тоша выключил камеру не сразу. Он наблюдал за женщиной, снял ее со слезами на глазах, решил, что так больше людей откликнутся на просьбу.
«Все ведь всегда ведутся на слезы», – повторял он, и этот случай не стал исключением.
