Смотря на Олесю, лежащую на полу в столь неудобной позе, Эрик чувствовал вину перед ней. Хотелось поднять девочку на руки, отнести и уложить на кровать, заботливо укрыть одеялом и извиниться. Но, вспоминая все, что Олеся сказала Эрику и как себя вела с ним в прошедшие дни, он чувствовал, как вся вина улетучивается из его крови, словно алкоголь в морозный день. Эрик запомнил каждое слово, услышанное в свой адрес. Убеждал себя, что во всем случившемся есть и вина Олеси. Они оба по-своему виноваты.
Позавтракав, Эрик ушел в спальню. Включил телевизор и остановился на канале, на котором в этот воскресный день показывали подборку забавных и смешных видео. Так, за просмотром видео о котиках и малышах, Эрик провел несколько часов, а Олеся так и не пришла к нему.
Она проснулась ближе к полудню, но подниматься не спешила. Даже желание поскорее сходить в туалет не помогало.
Олеся продолжала лежать на полу, но, услышав шаги в сторону кухни, быстро закрыла глаза.
– Я знаю, что ты не спишь. Уже почти полдень. Иди ешь, – пробормотал Эрик, входя в кухню и останавливаясь в дверном проеме. Прижавшись плечом к стене, он внимательно смотрел на Олесю, пытающуюся притвориться спящей.
Олеся не двигалась, старалась тихо и спокойно дышать. Хотя от одного лишь голоса Эрика по ее телу пробегала мелкая дрожь, а дыхание перехватывало.
Он подошел ближе, присел рядом с Олесей, наклонив голову.
Эрик думал, мыслей было слишком много. И в каждой из них он либо восторгался красотой Олеси, либо думал над тем, как заставить ее не уходить от него, не бросать. Он не хотел, чтобы и она бросила его. Только не она.
– Я не голодна.
– Как скажешь, потом не говори, что я не кормлю тебя.
– Мне все равно.
– Но мне не все равно, Олесь.
Она продолжала лежать на полу, укрывшись одеялом.
Олеся перебегала с одного воспоминания на другое. Эта ночь выдалась беспокойной, как и все прошлые, которые она провела вдали от Эрика. Но спать с ним вместе Олеся больше не могла. Не после того, что он сделал с ней прошлой ночью.
– Позвонишь на работу и скажешь, что берешь отгул, – добавил он и, хлопнув дверцей холодильника, вышел из комнаты. Он снова вернулся в спальню, лег на кровать и включил канал с комедиями. На этот раз смотрел фильм отечественного производства с плоскими шутками, которые вовсе не вызывали у него улыбку.
Эрик полежал еще немного, после выключил телевизор, оделся и вышел из квартиры, прихватив с собой телефон Олеси и ее комплект ключей. Закрыв дверь на ключ, Эрик ушел. Не дождавшись, чтобы Олеся сама позвонила на работу, он написал от ее лица Остроуховой, а та передала начальству, что Олеся Чеховская приболела и сегодня ее на работе не будет.
Воспользовавшись тем, что она одна, Олеся вскоре поднялась и ушла в душ, оттуда в спальню и оделась в самую закрытую одежду, которая у нее была – штаны и водолазка. Волосы Олеся собрала в высокий и неопрятный хвост.
Олеся нашла в себе силы, чтобы закинуть что-то съедобное в рот, но завтрак, оставленный Эриком, не тронула. Голова снова гудела, и Олеся списала все на то, что спала на не самом удобном месте.
Она хотела взять телефон и позвонить Люде, но не нашла его. Бросилась в прихожую к сумке, но и там было пусто. Ключей в кармашке, где они были всегда, не было. Разозлившись, Олеся устроила обыск в комнате, но все ее попытки ни к чему не привели. Дернула за дверь – заперто.
Эрик за это время успел перепрошить ее телефон, скачать в него необходимые программы для контроля. Эрик морально готовил себя к новой жизни с той, которую любил. Понимал, что другого выбора, кроме этого, у него нет и не будет.
– Где мой телефон и ключи? – спросила Олеся, стоило Эрику переступить порог их небольшой квартиры.
– Зачем они тебе?
– Это ведь мои вещи. И я хочу знать, где они.
– Я подумаю, возвращать их тебе или нет. Тебе не очень-то было что-то нужно от меня. Значит, и это ты не получишь.
– Значит, я была права. Да? Ты что-то скрываешь от меня. Что-то, что я еще не вспомнила, – пробормотала она тихо, следуя за ним по пятам.
– Думай что хочешь.
Эрик лег в кровать, ждал Олесю, но та не торопилась идти к нему. Она снова боялась его. Забытое чувство возвращалось. Опасалась ту сторону Эрика, которая причиняла ей боль. Как, например, прошлым вечером. Однажды он ударил ее, но Олеся и подумать не могла, что Эрик, который ей нравился, способен и на худшее.
Минут через десять Эрик вернулся в кухню и увидел Олесю, сидящую на полу. Она завернулась в тот же небольшой плед и закрыла глаза.
– Ты чего тут сидишь? – Он уперся руками в бока и наклонил голову, наблюдая за Олесей. – Иди в кровать!
– Я тебя боюсь. Боюсь быть рядом с тобой.
– Не дури и возвращайся.
Подождав еще немного, Эрик выругался, подошел ближе и поднял Олесю на ноги. Закинул ее хрупкое тело себе на плечи и понес в комнату. Игнорировал ее крики и плач, удары, которые ее маленькие кулачки наносили по его спине. Эрик прощал ей все. Потому что любил.
– На кровать, – проворчал Эрик и бросил Олесю на ее сторону постели. – Спина будет болеть. Узнаю, что ночью ушла спать на пол, пожалеешь! Поняла?
– Сегодня не болела.
