– А ты возьми меня к себе директором. Я добросовестный. Я тебя через болото на руках носить буду.
– Директором чего?
– Директором тебя.
– Меня?! Как это?
– Ой, только умоляю вас, друг мой, давайте без ложной скромности! Знаменитость вашего уровня не должна утруждать себя чтением и сортировкой сценариев, организацией своей занятости, ведением переговоров, отслеживанием исполнения контрактов, продвижением себя на рынке, пиар-менеджментом, и прочая, и прочая, и прочая, что отнимает у вас массу сил и времени и чего вы просто не умеете.
– Понеслось! Валерик, ты мне не по карману. Мне достаточно твоего актерского агентства. Останови машину, я назад сяду. Посплю часик, пока едем. Устал я со злом бороться, если честно.
Юдин съехал на обочину, послушно остановил машину.
– Поспи, поспи… Ой, испугаются тебя работодатели! Тебе кощея без грима играть! Щеки ввалились, под глазами синева, ухо так и не оттер. Ухо грязное!
– Отстань, – сказал Обнаров, зевая. – Знаменитость моего уровня подойдет и с грязным ухом.
Он лег на заднее сиденье, еще раз зевнул и мгновенно уснул.
– Всех денег все равно не заработать, так стоит ли рваться? – глядя на Обнарова, философски изрек Юдин и поехал в город.
В павильоне все было готово для съемки.
– Константин Сергеевич, я понимаю, вы устали, но ничего особенного от вас не требуется. Открываете вот эту дверь, проходите в этот зал, идете прямо на камеру и произносите текст: «Банк «Мистраль» – это мой банк. Я доверяю ему». Это – финальная сцена. Затем мы перейдем в соседний павильон, там уже все готово, и снимем начальную сцену. Вы просто сидите за столом, подписываете бумаги, потом встаете, смотрите в камеру и говорите: «Банк «Мистраль» помогает мне легко справиться с тысячей проблем. Надежность, забота о клиенте, индивидуальный подход, выгодное вложение капитала, конфиденциальность». Вот, текст на листочке. Вас ждет гример и костюмер. Как только вы будете готовы, мы начинаем, – без умолку щебетала ассистент по актерам.
– Милая, Константин Сергеевич давно все понял. Не надо так переживать, – целуя руку девушке, нараспев произнес Юдин. – Как звать?
– Вероника.
– Вероника… Верочка… Вера… Вера нам с Константином Сергеевичем очень нужна. Точно так же, как Надежда и Любовь. Любовь особенно!
Девушка смутилась.
– Верочка, проводите нас для начала к доверенному лицу банка господину Красс П. Н. Он ждет Константина Сергеевича для подписания контракта. А потом уже на грим и одеваться.
Девушка улыбнулась.
– Я провожу вас, если только вас не смущает, что Красс П. Н. – это не господин, а госпожа.
– Вот, был бы у тебя директор, пошел бы гримироваться и не тратил бы время на юридические посиделки, в которых все равно дуб дубом, – шептал Юдин Обнарову на ухо. – Контракт подготовили и подписали бы заранее, уже бы и денежки получили. А сейчас… Ты делаешь умное лицо и важный вид. Я веду переговоры. Не наоборот, Костя. Понял?
В кабинете их ждали. Миловидная женщина лет тридцати двух, одетая просто, но строго и дорого, с готовностью поднялась на встречу.
– Здравствуйте, господа. Я – Красс Полина Николаевна, адвокат, доверенное лицо банка «Мистраль». Документы, подтверждающие мои полномочия, на столе перед вами, – она улыбнулась дежурной улыбкой. – Я просила бы вас, господин Обнаров, прочесть контракт и, если он вас устраивает, подписать. Господин Юдин, вы тоже можете взять экземпляр и прочитать.
Несмотря на то, что адвокат была сама любезность, что-то хищное, холодное и пугающее было во всем ее облике.
Чтение контракта, изложенного на паре страниц, у Юдина не заняло много времени.
– Все предельно ясно. Объем работ прописан. Оплата в течение трех банковских дней и сумма нас устраивают. Остальное, уважаемая Полина Николаевна, я бы подписал не глядя.
Юдин передал все экземпляры документа Обнарову, вытащил из портфеля ручку, сунул ее Обнарову в руку.
– Позволь, я все же дочитаю, – извиняющимся тоном сказал тот.
Прошло еще минут десять.
– Костя, его наизусть учить не надо, – иронично шепнул Юдин.
– У меня такое неопределенное ощущение, что что-то не так. Валерий Анатольевич, будь добр, взгляни еще раз, – Обнаров невозмутимо вернул документы Юдину.
Тот покровительственно улыбнулся, вальяжно развалился в кресле и тоном мэтра сказал:
– Подписывай смело.
– Уверен?
– На все сто!
Обнаров подписал. Адвокатесса тут же забрала все экземпляры договора, села за стол напротив Обнарова и положила документы перед собой. Из дорогого кожаного портфеля она достала печать и положила рядом.
– Константин Сергеевич, – ничего не выражающим тоном произнесла она, – прежде чем я подпишу договор, уделите мне пять минут.
– Если вы хотите что-то обсудить, мы готовы выслушать, – снисходительно изрек Юдин. – Итак… – сложив руки на столе, как человек, владеющий ситуацией, он выжидающе умолк.
Красс не смутилась, подарив обоим милую, нейтральную улыбку, уточнила:
– Я хотела бы говорить только с господином Обнаровым.
– Валера, выйди, – сказал Обнаров.
– Только без меня ничего не подписывай!
Когда дверь за Юдиным закрылась, адвокатесса сказала:
