Обнажая Сердце полностью

Мне нужен перерыв, чтобы подумать, черт, чтобы восстановить силы. Если бы я не была неотъемлемой частью этой трудной ситуации, я бы подумала, что это что-то вроде жалкого ситкома, заставляющего ерзать на стуле. Чьи авторы так истощены и далеко не талантливы, что пишут звук удара Бах с большой буквой Б – бездарность.

— Ах, — из меня вырывается сдавленный крик, когда меня хватают и с силой тянут за руку в темное место, так что я практически теряю равновесие.

Я почти выпрыгиваю из кожи. Сердце в панике пропускает удар, пока я не узнаю смесь притягательного аромата тела Дэниела с горько-сладким запахом алкоголя. Когда глаза привыкают к темноте помещения, я замечаю висящие пальто, что означает, что мы в гардеробной.

Перемещая взгляд на Дэниела, я морщусь от того, как он смотрит на меня — темным, опасным и греховным взглядом. Он не говорит, но и не отпускает моего взгляда. Его дыхание ненормально тяжелое и быстрое. Он выглядит, как хищник. Мое сердце ускоряется, а ладони начинают потеть. Я нервничаю и возбуждаюсь, в голове пульсирует. Я никогда раньше не видела его таким.

Это новая степень дикости.

Он смотрит на меня по-другому, я не могу решить, нравится мне это или нет. Не могу понять, о чем он думает. Он, кажется, одержим идеей поглотить меня, и отблеск в его глазах говорит, что в этот раз это не просто любовь. Но несмотря ни на что, мое сердце буквально пропускает несколько решающих ударов в предвкушении.

Единственный звук, исходящий от него, это низкое рычание, пробирающее меня до нутра. Далеко не вежливо, он толкает меня к стене, зацепив по пути несколько длинных пальто. Металлические вешалки скрипят, скользя по перекладинам, в гармонии со звуком быстрого мужского дыхания.

Он задирает мое платье, оставляя его вокруг талии, и сдергивает мои стринги, срывая их с бедер. Его действия примитивные и грубые, но я не останавливаю его. Я полностью опьянена лавой, текущей в моих венах. Несмотря на чувство опасности, мое тело реагирует на него с болезненной жаждой, посылая противоречивые сигналы моему взбудораженному мозгу.

Я слышу слабый звук молнии, когда он расстегивает ширинку, затем поднимает меня, держа за бедра, прижимает к ткани, растянутой на стене. В спешке Дэниел хватает мою ногу и поднимает к своему бедру, моя правая нога сама поднялась выше и обернулась вокруг его талии. Затем резким и сильным толчком он скользит в меня, заставляя нас обоих хватать ртом воздух.

Он крепче сжимает мое бедро, напряженно прижимая к своему телу, а я встречаю его толчки. Наши глаза сжигают друг друга. Его рот набрасывается на мой. Он не целует меня, он трахает мой рот своим властным возбуждающим языком. Его движения подавляющие и свирепые.

Я чувствую соленый пот, выступивший над его верхней губой, смешанный с ароматом виски. Он подчиняет меня себе. Его грешная первобытность отправляет меня к сотрясающему сознание оргазму.

Он высвобождает свое желание внутри меня, выплескивая гнев и одержимость сухим рычанием моего имени. Когда его голова падает в основание моей шеи, сквозь рваные вздохи я шепчу:

— Я твоя.

Была твоей до того, как ты утащил меня в свою пещеру и пометил, и буду твоей всегда.

Я делаю глубокий вдох, истощенная и удовлетворенная. Не поднимая головы от моей шеи, Дэниел бормочет:

— Боже, Хейли, из всех людей! Из всех людей это должен быть человек, которого я презираю! — он делает глубокий раздраженный вдох. — Ты была с ним, Хейлз, — его голос измученный и мрачный, пораженный.

Его голова не покидает своего уголка, и я болезненно осознаю, что он старается не смотреть на меня. Хотя я знаю, что должна чувствовать себя униженной и рассерженной, я так не чувствую. Мое сопереживание стремится к нему, зная, что если бы все было наоборот, я была бы разрушена.

Я прекрасно знаю, что в моем сердце есть огромная неприязнь ко всем, с кем он когда-либо был близок физически или эмоционально. Не могу даже подумать о том, как бы чувствовала себя, если бы это был тот, кого я ненавидела или кто меня предал.

Если бы я могла удалить одну главу из моей толстой книги грязных воспоминаний…

Долгое время мы остаемся соединены физически, но духовно разделены. Дэниел первым разрывает контакт.

— Мне надо умыться, — говорит он, его голос все еще тревожный.

 Глядя на его удаляющуюся фигуру, я поправляю платье, чтобы тоже пойти и освежиться. Я едва кладу руку на дверь дамской комнаты, когда Таша ее распахивает. Ее удивленный взгляд сканирует меня.

— Что, ради всего святого, я пропустила, Хейлз?

Мой рот искривляется.

— Давай-ка я тебе расскажу, Таша, — я вздыхаю. — Брэд — главная персона нон-грата для Дэниела. Я провела с ним одну ночь греха в прошлом, а сейчас ты с ним встречаешься. Как тебе такое чудовищное совпадение? — сухо говорю я, возвращая ей взгляд, возмущенный и раздраженный.