— Я просто прикалываюсь над тобой, — он сжимает мою талию и ближе притягивает к себе. Я чувствую, как остатки его смеха проходят сквозь меня, пока он успокаивается.
Мы начинаем разговаривать о статье, которую он прислал мне сегодня о Дэниеле, и я отвечаю на вопрос – «о котором я еще не говорила с Дэниелом» – как нас прерывает Джош.
— Вперед, он весь твой, — я отхожу от Яна и оставляю их наедине.
Беру напиток у тропического бара и подхожу к группе своих коллег, вовсю обсуждающих наш новый проект («действительно ли черный — новый черный»). Во время разговора я тянусь за еще одним напитком на подносе у проходящего официанта, на это раз выбирая розовый коктейль, украшенный желтым зонтиком и кристалликами сахара.
Прежде чем вернуться к разговору, я замечаю Ташу и Рафаэля, которые, кажется, потерялись друг в друге. Спустя несколько минут я чувствую зов природы и отхожу от группы.
— Что ты пытаешься сделать? — громко спрашивает Ян поверх громкой музыки мне прямо в правое ухо, тормозя меня.
Подпрыгиваю от удивления и почти проливаю остатки напитка, затем пожимаю плечами, не понимая, в чем же я на этот раз провинилась.
— Ты устраиваешь эксперименты над своей печенью? — спрашивает он, указывая на бокал в моей руке.
— Просто забери его у нее, — деловито говорит Таша, и грубо выхватывает у меня бокал.
— Только когда ты вырастешь, — она самодовольно и высокомерно улыбается мне, посылая воздушный поцелуй.
— Я не понимаю. Ты разве не была занята миллисекунду назад? Я под родительским контролем сегодня?
— Не только сегодня – навсегда, — скучающе говорит Ян, улыбаясь Таше. Затем они оба целуют меня и просто уходят.
— О Боже, какое расточительство, — я услышала женский высокий голос за закрытой дверью кабинки. По звуку было похоже на Дженни из администрации. — Это как смотреть на сочный стейк с заклеенным ртом, — я слышу расстроенный выдох в конце фразы.
— Вокруг столько горячих парней, но либо геи, либо заняты. Жизнь слишком жестока, — жалуется второй голос.
Я прикусываю губы, чтобы не рассмеяться. Покраснев, я кладу руку на ручку, когда слышу первую девушку.
— Говоря об умопомрачительных мужчинах, ты видела эту чиксу, как там ее, Шелли из команды Джоша? Ты видела ее парня? Этот бизнесмен, Старк, вроде, — убираю руку от ручки и молча слушаю.
— Да, ого! А она такая, типа простая, не типа супермодели или еще чего. Нечестно. Жестокая-жестокая жизнь!
— Добрый вечер. Отличная вечеринка, мм? — приветствую я два голоса в лице двух временных работников из администрации. Я улыбаюсь им обеим широкой, во все тридцать два зуба улыбкой в зеркале.
— Ох… привет, — говорит пищащая веснушчатая рыжая, которая неловко косится на свою подругу.
— Пока, — говорит вторая, короткостриженая под «ежик» блондинка, хватает руку подруги и тянет ее к двери.
Я смотрю на свое отражение в зеркале, пока мою руки, и выдыхаю. При упоминании Дэниела у меня все тяжелеет внутри, и возвращается меланхолия.
Когда выхожу из туалета и слышу первые ноты следующей песни, мой взгляд мечется вокруг в поисках еще двух пар глаз, которые, я уверена, ищут меня. Сначала я натыкаюсь на взгляд Таши, который быстро начинает искриться. Она кивает в центр танцпола. Я замечаю голову Яна поверх гарема, бьющихся в экстазе и кудахчущих дам, он улыбается мне и кивает. Я указываю на танцпол, и он усмехается.
Не проходит и тридцати секунд, как мы погружаемся в счастливый энергичный танец. Ян отдается ритму и соблазнительно качает бедрами, улыбаясь нам, нелепо радующимся, и повторяет наши ухмылки. Мы с Ташей синхронно и соблазнительно крутим тазом, втроем мы дерзкие и жизнерадостные. Мы поворачиваемся одновременно, чтобы потереться спинами о Яна, а он, в свою очередь, обхватывает нас за талии.
— Кто ваш папочка, — говорит Ян поверх музыки, смеясь. Мы начинаем хохотать, наслаждаясь своей дуростью.
Дальше звучит Рикки Мартин, энергично исполняя
