— Именно, — просиял Дэш. Но как самодовольно он бы не улыбался, на простака Любимец жрецов похож не был. — Я молод, красив, мой дар — один из самых сильных за несколько столетий. Свободен от обязательств, в отличие от Наследника, и бремени родословной, как Даган.
— Слишком.
— Что слишком?
— Молод.
— Что значит пара лет? К тому же, опыт важнее возраста.
Ана остановилась, разворачиваясь к спутнику и глядя на него снизу вверх. Потом проговорила:
— Если хочешь, чтобы разговор продолжился, предлагаю говорить прямо и начистоту. Иначе я молча следую за тобой, пока перед нами не окажется Истинный. Зачем я тебе?
Голубые глаза смотрели на нее со смесью нахальства и любопытства.
— После последнего раунда Отбора претенденты должны выбрать пару. По легенде, вскрыть тайну Аль Ташида должны двое — мужчина и женщина. Ларс тебя не возьмет. С его уровнем дара ему может помочь только Кайра.
— А что, если я совсем без дара и не могу помочь даже тебе?
— Хоть какой-то, но он у тебя есть, иначе бы не действовала привязка. Этого достаточно. Моего хватит на двоих.
— Ожидаешь, что у тебя будут трудности с выбором?
Дэш пожал плечом,
— Хочу избежать сложностей. У Рассветных среди участниц Отбора только благородные, будут нос воротить от меня.
Они уже стояли какое-то время во дворе, Дэш протянул руку, мгновение — и на Ану накинули горячее махровое полотно загустевшего от жары воздуха. Ее ослепил яркий свет, лившийся сверху и отражавшийся от светлой земли или камней — этого она не успела рассмотреть. Слишком ярко, слишком жарко. Настолько, что девушке пришлось сделать несколько медленных глотков воздуха, обжигая легкие, пока они не привыкли к температуре, и накрыть голову светлым покрывалом накидки, что лежала на плечах. Только после Ана осторожно открыла глаза.
Вокруг тянулось поле из растрескавшейся и местами обвалившейся коркой земли какого-то странного бежевого цвета. Прошло некоторое время, прежде чем Ана поняла, что разбросанные вокруг камни напоминают обломки стен, разрушенных временем и безжалостным солнцем. И ветром, которого в этот момент, к сожалению, не было.
Дэш придерживал ее за локоть, опасаясь, что у Анны закружится голова после стремительного перемещения. Девушка не сомневалась, что они оказались весьма далеко от Закатного замка, но скольжение прошло очень легко, подтверждая, что у Шпинеля были причины для высокого самомнения.
Братья Мораны говорили, что у каждого Проводника свой почерк. Если по реке пространства и времени вел Ларс, то пахло хвоей, а само перемещение напоминало рывок с трамплина, если это был Мирн, то Ане казалось, что она зависает в воздухе, а рядом с ней покачиваются тяжелые ветки вишни, увешенные розовыми цветками с медовым запахом. Скольжение с Дэшем было сквозняком с оглушающим ароматом первоцветов.
— Подумай, о чем я сказал, — шепнул парень, наклоняясь к ее уху. — Время еще есть.
Раздавленная увиденной картиной, Ана уже забыла о разговоре, истекая потом от жары.
— Где мы? — спросила она, но вместо ответа почувствовала ветер за спиной и запах гиацинта.
Дэш исчез, оставив ее одну посреди развалин. Девушка испуганно обернулась. Пространство, где она оказалась, напомнило пол гончарной мастерской, хозяин которой, пред тем как исчезнуть навсегда, расколотил все свои изделия на мелкие и крупные черепки. Только глина была очень светлого цвета. С одной стороны поле упиралось в гряду сухих безжизненных скал с темнеющими проходами, и если раньше здесь был город, то он лепился к горам или продолжался среди них, как Петра в Йордании.
Паника охватила Ану. Как она выберется с этого жаркого противня? С ее-то даром и без камней-проводников для перемещения! Но если Дэш решил от нее избавиться, то не стал бы предлагать союз? Значит, парень выполнял поручение жреца, который устроил ей очередное испытание.
Искать укрытие от палящего солнца можно было только среди скал, и Ана сделала в их сторону первые шаги, когда услышала над собой пронзительный птичий крик, а потом рассмотрела жреца, вышедшего из тени одного из проходов. Мгновение — и тот скользнул к ней, застыл рядом, не снимая с головы капюшона.
— Я испугалась! — произнесла Ана, не скрывая своего гнева. — Где мы? И почему здесь?
— Разве это твое право — задавать вопросы?
— А разве меня этого права кто-то лишал? — с вызовом ответила она, глядя прямо в глаза жреца, казавшиеся почти желтыми на ярком солнце.
Истинный тоже смотрел на девушку, не отводя взгляда, который невозможно было прочесть.
— Что ты видишь вокруг?
— Обломки? — Ана быстро обернулась и повторила: — Обломки. Словно здесь когда-то был город, который сначала пытались сравнять с землей люди, а потом его превращали в пыль солнце и ветер.
