Давно потерянный член Братства Черного Кинжала находит настоящую любовь и воплощение зла в Колдвэлле, штат Нью-Йорк.Сэвидж жил вне поля зрения в течение многих столетий, и у него есть все намерения оставаться «мертвым и погребенным». Но когда гражданская женщина втягивает его в опасную битву со злом, древним как время, сторона защитника в нем берет верх над здравым смыслом.Мэй потеряла все, и отчаяние толкает ее на столкновение с судьбой. Полная решимости обратить трагедию вспять, она идет туда, куда смертные должны бояться ступить, и сталкивается лицом к лицу с новым врагом Братства.С Сэвиджем Мэй обрела любовь, о которой не смела мечтать, но им не суждено быть вместе. Понимая, что их ждет расставание, они вдвоем объединили силы против того, что Мэй по незнанию выпустила на свободу… в это время Братство на пороге возвращения одного из своих, когда-то проклятого… а Зло клянётся сравнять всех с землёй.
Перевод: РыжаяАня, Naoma
Редактура: Андрованда
Перевод осуществлен для группы vk.com/jrward
Посвящается: Вам обоим. Скитальцы, наконец, вы обрели свое место. Добро пожаловать домой.
За сорок восемь минут до смерти Ральфи ДеМеллио жил своей обычной жизнью.
— Ты справишься! — говорил его приятель, натирая голые плечи Ральфи. — У тебя, мать твою, получится, ты монстр, ты гребаный монстр!
Ральфи и его команда находились на шестом уровне гаража, заляпанного масляными пятнами и забитого мусором, а не «Олдсмобилями»[1] и «Линкольнами»[2]. Заброшенный объект представлял собой безобразный бетонный шкаф с пустыми ящиками, и в этой части Колди любые заброшки недолго оставались бесхозными. Добро пожаловать на КБ. Кулачные бои были единственным законным подпольным боевым мероприятием в южной части штата Нью-Йорк, и Ральфи, его братья и пятьсот жаждущих погреться в лучах его и инстаграмной славы собрались сегодня вечером ради этого боя.
Еще несколько селфи, и впору составлять список на получение водительских прав в Департаменте автотранспорта.
КБ — крупный бизнес, а Ральфи, как действующий чемпион, срывал нехилый большой куш — при условии, что ни один из этих балбесов с телефонными камерами не спалит их локацию. И вроде как, шансы были.
— Где кокс?
Он протянул руку, и когда коричневая склянка легла в ладонь, как хирургический инструмент, он пошел в отрыв. Когда он втянул по ощущениям два кило порошка глубоко в носовые пазухи, его взгляд запрыгал по толпе. В другой части этажа взбудораженные зрители люди закидывались наркотой и делали ставки у букмекеров. Между ними и большим кушем, который они так ждали, стояли всего три раунда боя на кулаках.
Ральфи был очень хорошей ставкой.
Он еще не проиграл ни одного боя, хотя был тощим и перебарщивал с травкой. Но в этом и дело. Вышибалы с грудой мышц и желейными брюшками производили впечатление только тогда, когда стояли на месте. Заставь их двигаться, и у них не будет такого баланса, скорости и координации, от которых словно двоится в глазах. Ральфи летал над ними как муха над кучей дерьма и был непобедим, пока работал его хук справа.
— Ты молодец, Ральфи, ты чертовски хорош!
— Да, верно, Ральфи, ты лучший!
В его команду входили пять парней с района. Они выросли вместе и состояли в родстве, их семьи приплыли на лодке на остров Эллис пару поколений назад и выбрались из Адской кухни[3], как только смогли себе это позволить. Маленькая Италия в Колди мало чем отличалась от той, что обосновалась на Манхэттене, и, как всегда говорил его отец, не доверяй тем, кого не знаешь, и не знайся с тем, в чей дом тебе вход заказан.
Но в команде Ральфи был еще кое-кто.
— Где она? — оглянулся Ральфи. — Где…
Челле стояла рядом с «Гелендвагеном»[4] в позе девушки с «Календаря Пирелли»[5], упершись локтями в капот, одна пятка вонзилась в обод шины. Она запрокинула голову, пурпурные концы черных волос струились по окрашенной металлической поверхности, розовые губы приоткрыты, взгляд направлен в пустоту. Ночь выдалась прохладной — апрель в этой климатической зоне — та еще сволочь — но Челле было наплевать. Сверху на ней надето лишь бюстье, ну а нижняя половина прикрыта ничуть не лучше.
Чееееооорт. Эти татуировки на ее бедрах. И те, что на груди. И забитый рукав на левой руке.
Она упорно отказывалась набить его имя.
В этом вся она.
Словно прочитав его мысли, Челле медленно повернула голову. Затем облизнула губы кончиком языка.
Рука Ральфи потянулась к передней части джинсов. Челле не из тех, кого можно привести домой к матери, и поначалу он трахал ее именно по этой причине. Но она оказалась умна и держала собственный парикмахерский салон. Она не проверяла его телефон. Ей было все равно, где и что он делал с парнями. Она сама себя обеспечивала, ни черта у него не выпрашивала, и у нее были другие варианты, множество.
Мужики ее хотели.
Но она была с ним. И как бы Челле ни выглядела, она не флиртовала с его командой. Она не болталась поблизости, и если кто-нибудь попытаеться ее облапать? Она могла одной пощечиной выбить наглецу все зубы.
Так что да, спустя год отношений Ральфи сильно увлекся ею.
До такой степени, что его не волновало, что думают другие, включая его традиционную итальянскую мать. На его взгляд, Челле была прекрасной женушкой, и только это, черт возьми, имело значение.
— …получится, Ральфи…
Чтобы прервать поток подхалимажа, лившийся ему в лицо, Ральфи положил руку на грудную клетку парня, отталкивая его.
— Дай мне минуту.
Его команда знала, что происходит, и повернулась лицом к толпе, сомкнувшись плечом к плечу.
И Челле прекрасно понимала, что ему нужно.
