«Забыл всё, чему я его учил» — пронеслось в голове, в то время как я словно на инстинктах шагнул вперёд и в сторону, ударив копьём.
Всё прошло словно на тренировке. Оружие вошло именно туда, куда я и хотел — точно под ключицу противника. В то время как его собственная атака ушла в пустоту. Ещё через мгновение раненый ощутил боль, и с диким воплем выпустил оружие из рук. А его товарищ может и хотел помочь, да только встретил на своём пути Добрынина. И это было… фатально. Один удар дубиной обеспечил перелом не только руки, но и нескольких рёбер.
— Свяжите их! — рявкнул Огр.
После такой демонстрации силы, приказ был исполнен быстро. Всего через пару минут раненые оказались скручены так, что едва могли шелохнуться. Их товарищи смотрели за этим со злобой и бессилием. И никто не собирался ждать, пока они что-то придумают.
— Не будем откладывать исполнение приговора. Казнь будет исполнена в течении часа, — объявил Добрынин. И на этих словах бросил взгляд на меня с Дмитрием. Впрочем, взглядом Огр не ограничился. А поманил лапищей, предложив отойти чуть в сторону. И как только между нами и лишними ушами оказалось достаточно расстояния, Добрынин задал вопрос, от которого стало по-настоящему страшно:
— Серый, Дмитрий, вы исполните роль палачей?
В первое мгновение я подумал, что ослышался. Слишком дико, безумно прозвучал вопрос. Однако Добрынин не думал испаряться и смотрел выжидающе, хмуро. Явно требуя ответа.
— Что? — растерянно переспросил я.
— Вы готовы выступить палачами? — терпеливо повторил Огр.
— Почему мы? — это спросил Дмитрий, однако тоже хотел знать и я. «Почему мы?» А ещё «Какого хрена мы? С чего нам впрягаться в эту грязную работу?»
— Я бы мог сказать, что «кто-то должен», — медленно, явно отслеживая реакцию, ответил Добрынин. — Однако у моего выбора есть другая причина.
— И какая же?
— Вам нужно научиться убивать людей, — был ответ.
И вот он привёл и меня и товарища в смятение. В особенности из-за того, что я видел обострёнными чувствами — сам Добрынин верил в то, что говорил.
— Вы сами можете оглянуться в прошлое и вспомнить, сколько уже раз опасность приходила от людей, — продолжил говорить Огр. — Помешательство в столовой, вампир, оборотень, теперь ещё и это. Всего за месяц выползло столько дряни, сколько ни один из вас явно не видел за всю свою прошлую жизнь. И это только начало. Дальше не будет лучше. Может станет даже хуже. И вам стоит быть к этому готовым.
— Я могу постоять за себя. Ты видел, — возразил.
— Верно, можешь. Против слабого врага. Но что если таковых будет несколько? Получится у тебя обезвредить противника тогда? Уверен, что не окажешься в ситуации, когда или ты, или тебя?
Хотелось бы возразить вновь, но в этом момент я вспомнил ту самую схватку в столовой. Когда пришлось обороняться, отступая под натиском толпы. В тот раз помощь в лице Огра пришла вовремя. Но что если бы он опоздал? Кто бы спас мою и Арины жизни? А ведь если бы я был готов убивать, то мог бы справиться и сам. В отличии от противников, я умел обращаться с оружием. А это было громадным преимуществом. Которым не получилось воспользоваться тогда. Не мог я нанести смертельные удары. Даже ранить врагов было не легко. Сейчас я уже очерствел, и совсем недавно справился со своим противником без сантиментов. Но вот убить… Не уверен, что был к этому готов. Не уверен и в том, что хотел этому учиться.
— Я не могу вас заставить, — спокойно произнёс Огр. — Если откажетесь, так и быть, попрошу кого-то из своих парней. Если и они не согласятся, сделаю сам. В конце концов мои руки уже и так в крови. Я и там убивал. Причём из-за куда более бессмысленных причин. Вроде родину защищал, а на самом деле кошельки олигархов.
Добрынин замолчал, погрузившись в не самое приятное прошлое. Затем вскинулся, вновь взглянув на нас.
— В общем, думайте. Если откажетесь — пойму.
С этими словами Добрынин ушёл, дабы тут же начать организовывать людей. Двое приговорённых были схвачены и направлены к выходу из базы. Толпа потянулась следом. А вместе со всеми шагнули и мы, пребывая в глубоких раздумьях.
«Стоит ли учиться убивать?» — стучался в сознании вопрос. Самая его постановка корёжила. Ведь Огр предлагал не свершить праведное возмездие, не напугать, предостеречь остальных. А сделать что-то утилитарное, практичное. Это звучало мерзко, и самое неприятное — правдиво. Такая вот ирония — Огр подал свою идею без смягчавшей её лжи, тем самым сделав выбор многократно сложнее.
'Стоит ли учиться убивать? Лучше ли будет, если я обрету готовность убить? За этот мир вроде бы не слишком хочется держаться, дабы отнимать жизни других. Хотя, умирать ведь тоже не тянет. Как и терять друзей и знакомых. А ведь Огр прав, если против меня выступит многочисленный разумный враг, а я не смогу ответить жёстко, то умру. И обстановка такова, что кажется, момент, когда всё обернётся плохо, может случиться уже очень скоро. Так что если правда переступить через себя, прикончив очевидного подонка? Начать с того, кто на самом деле заслуживает смерти?
