В общем, втиснуть в этот распорядок дня ещё и изучение зельеварения с активной варкой всякого рода составов казалось невозможным. Вернее, это было реально, но только в ущерб всему остальному. А на такое я пойти был не готов. Наша группа была очень мала. Да ещё и неминуемо будет разделяться. Так что ламии совершенно точно следовало научиться сражаться.
— Так что тогда решим? — спросил Дмитрий, когда всё указанное выше было вскрыто и подвернуто обсуждению среди нас троих.
— А ничего, отложим этот вопрос на будущее, — ответил товарищу. — Знания эти от нас никуда не убегут. Неделю или даже месяц поваляются. А там, может, у кого из нас появится возможность их освоить.
— Ну да, или кто передумает, — на этих словах Дмитрий выразительно посмотрел на Макса. — Слушай, а может ты потренируешься, испытаешь себя? Уверен, Катя освободит место у плиты, а как ты сваришь великое чудо русской кухни — борщ, так уже и за зельеварение сможешь засесть!
— Не из чего тут борщ варить, — недовольно ответил эльф.
— Вот видишь, а говорил, что в готовке ничего не смыслишь! Может ты себя недооцениваешь, а сам обладаешь великим талантом?
— Да ничего у меня такого нет. И с поварёшкой у кастрюли я стоять не хочу! — уже агрессивней ответил Макс.
— Так, спокойно! — вмешался в зарождающийся конфликт я. — Освоение зельеварения — вещь добровольная. Если Макс захочет — возьмётся. Нет, значит нет. Так что Дима, не дави на него.
— Ладно, ладно, — проворчал гном. — Но до чего народ чувствительный пошёл, прямо ужас!
Недовольство приятель мог ещё долго изливать, но я ему этого сделать не дал, напомнив о проблемах. Благо, факт всё ещё способного оказаться неподалёку врага, быстро привёл народ в нужное расположение духа. И дальше мы приступили к делу уже с должным сосредоточением и в то же время нетерпением. В тайне надеясь отыскать ещё множество интересных и полезных вещей.
Доступные очки:
Изготовившись к неприятностям, мы ступили на каменную лестницу, начав неторопливый подъём. В руках замерли факелы, чувства оказались обострены до предела, а мой разум по-прежнему разогнан. Однако, ощущения опасности так и не возникло. Да и прочие чувства не говорили ни о каких угрозах. До слуха доносились обычные звуки постепенно оживавшего здания — шум ветра, тихий скрип. Обоняние доносило запахи старого камня, пыли, дерева. Обычные ничем не примечательные вещи, но ранее, когда в этом месте царило проклятье, они словно вымывались из мира. Заглушались. Из-за чего теперь было очень приятно ощущать возвращение этого обычного, настоящего мира. Осознавать, что нашими стараниями это место было исправлено.
Под такие позитивные мысли мы поднялись по лестнице, а затем начали проверять один этаж за другим. Однако отыскать монстров у нас не выходило. Что, признаться, даже вызывало разочарование. От очков опыта я бы точно не отказался. Но они не спешили к нам на встречу. Здание встречало нас спокойствием и тишиной. Благо, не только они его наполняли. Верхние этажи также встретили нас много более роскошными комнатами. Качественное постельное бельё, покрытые тканью и гобеленами стены, шкафы и столики, на которых находилось немало красивых диковинок. Приходилось лишь гадать, кто именно жил в таких покоях. Но явно то были люди не бедные.
Если же касаться трофеев, то в первую очередь мы нашли немало материалов для поделок Дмитрия, оказались неплохо обеспечены в плане бытовом, а тех же кристаллов-накопителей отыскали столько, что можно было солить! Различные бытовые приборы, работавшие от них, укладывать штабелями. Насчёт великих артефактов, первоначально всё не складывалось, но даже тут нас всё же догнал успех. На третьем этаже удалось отыскать арсенал. И если копья, мечи и топоры нас не заинтересовали — так как уступали тому оружию, что мы отыскали в Поместье, то вот найденная там же броня оказалась куда более любопытной.
— Слушай, Серый, а это ведь не простые хреновины, — произнёс Дмитрий, рассматривая что-то на одном из элементов брони.
— Ты о чём? — поинтересовался я.
— Вот, смотри, — мне подсунули тот самый доспех. — Видишь эти закорючки?
Присмотревшись, я действительно смог разглядеть множество чёрточек на металлических пластинах брони. Можно было бы назвать их письменами, однако это мешала кажущаяся непоследовательность знаков. Те не шли строчками, а норовили расползтись в ширь, создавая очень необычный орнамент. И раз уж Дмитрий обратил на данный узор внимание…
— Это руны?
— Именно они!
— И что же они делают?
— А хрен его знает! — весело ответил гном.
Мой взгляд был более чем выразительным.
— Ну чего ты смотришь так? Не могу я понять их назначения. Тут какая-то неизвестная школа, ни одного знакомого символа. Но это точно не простые закорючки. Да ты это и сам можешь понять. Просто прикоснись.
