Обновление статуса полностью

Эдриан так переживал из-за того, чтобы не разочаровать свою семью, что у него на самом деле не было плана на тот случай, если он разочарует себя.

— Не воспринимай это как что-то плохое, но я действительно не хочу сейчас разговаривать. И я, правда… правда, не смогу вынести лекцию.

— Лекцию? — его мама нажала кнопку, чтобы открыть свою машину, а затем царским жестом пригласила Эдриана сесть. — Я не читаю лекции. Я просто выяснила, что твой выбор…

— На самом деле не поддаётся обсуждению.

Эдриан удивил сам себя тем, что выпрямился и говорил более твёрдым голосом, чем обычно, когда разговаривал с ней. Он любил её, но они на несколько лет опоздали с построением границ. Проведя время с Ноа, парень увидел, как ему невероятно повезло, что у него есть его семья и их поддержка, но сейчас был один из тех моментов, когда поддержка казалась эластичным бинтом, медленно отрезающим путь крови к израненному сердцу.

Эдриан наклонился и поцеловал её в щёку.

— Я люблю тебя. И я завтра приду на рождественский ужин, но сегодня мне нужно побыть одному.

— Что? Ты собираешься в отель? Как ты туда доберёшься? — голос мамы драматично повысился, с нервной ноткой, которая была у них обоих, но она была королевой использования своего тона так, чтобы Эдриан изменил своё мнение. — Разрешишь мне отвезти тебя обратно ко мне домой? Ты можешь занять себе всю гостевую комнату — кузина Бернис не приедет до завтра, и мы просто скажем ей, что твоя… договорённость отменилась. Утопай в своей сердечной боли, если должен, но будь разумен.

«Должен».

— Мама. Я не поступаю неразумно.

— Я знаю, — печально улыбнулась она, коснувшись его щеки. — На самом деле ты хочешь сказать, что хочешь свободы, чтобы напиться и принять сомнительные решения насчёт боди — арта.

Он рассмеялся, горьким, отрывистым смехом.

— Ты хорошо меня знаешь.

— Да. Знаю. Ты хотя бы дашь мне подвезти тебя до отеля рядом с моим домом? Там дружелюбны к животным, дядя Мерв и тётя Шер останавливались там с пуделями в прошлом году.

Он хотел заупрямиться и настоять на том, чтобы самому найти дорогу на свою собственную чёртову вечеринку жалости, но именно необъяснимый страх попросить её о какой-либо помощи привёл его к этому беспорядку.

— Никаких лекций. Даже ни намёка. Я серьёзно.

— Ты говоришь, что я не могу доставать тебя гоголь-моголем и говорить о милом клерке из твоего офиса? О том, кто никогда никого не бросил бы?

Его мама произнесла редкую шутку, и он не смог не рассмеяться.

— Нет, нет, не можешь.

— Дорогой, моя малышка сегодня родила ребёнка, я скучаю по праздничным сборищам Споновитчей, где надеялась затащить в уголок под омелу симпатичного рекламщика, на которого положила глаз. А количество гостей на завтрашний ужин колеблется каждый час. Я сейчас в чрезмерно эмоциональном беспорядке, но, думаю, что справлюсь с молчаливой поездкой.

— Не обязательно, чтобы была полная тишина, — предложил он, садясь в машину. — Ты можешь рассказать мне, как давно знаешь второе имя Ноэль.

Он подождал, пока они подъедут к отелю — приятная глупая беседа о ребёнке закончилась, чтобы задать вопрос, которые беспокоил его двадцать минут.

— Ты заполучила этого рекламщика, который тебя заинтересовал?

— Не говори так шокировано. Ты знаешь, что я с ним встречаюсь.

— Почему ты никогда не выходила замуж снова, когда папа женился?

Ох, он очень пожалеет о том, что спросил это; но они с мамой были похожи не только слишком драматичными голосами и выгнутыми дугой бровями, но и тем, что имели склонность выбирать недоступных мужчин или, по крайней мере, из другого города.

— Ох, Эдриан, — устало произнесла она, но не в стиле ох-Эдриан-что-ты-натворил-на-этот-раз. — Я не знаю. На самом деле, по дюжинам причин. Полагаю, мне просто слишком нравиться быть самой по себе.

— Ага.

— Честно, иногда легче не пытаться, знаешь? Ты не проиграешь, если не будешь пробовать. А я не хочу снова проиграть.

Женщина потёрла переносицу, на которой обычно сидели её очки для чтения, когда она переживала о публичных событиях. Она отвела взгляд, будто тут же пожалела о редкой откровенности.

— Я понимаю.

О боже, понимал ли он? Страдания поглотили все его чувства. Страдания, которых Эдриан думал избежать, встречаясь с парнями на расстоянии и придерживаясь обычной дружбы. Как же он ошибался. Геймер боялся полностью раскрыться кому-то, глубоко внутри думая, что это из-за того, что брак его родителей развалился, и он тоже пострадает. Парень накинулся на Ноа за то, что тот прятался, но правда состояла в том, что тоже самое делал и он.

Прятался за отношениями, в которых не требовалось вся его сущность, где от него не просили большего, чем молодой человек был согласен дать.

— Не все проживают свои жизни так же… бесстрашно, как ты. Помни это, — тихо сказала мама, когда Эдриан выходил из машины.

— Да.

Его горло сжалось. Он был не таким смелым, как она считала.