Тем утром Джулианна с большой неохотой сказала Шарлю, что должна поехать в город. К ее удивлению, любимый горячо поддержал это желание – словно не возражал, что они пропустят свое дневное свидание. Шарль признался, что прямо-таки жаждет ознакомиться с лондонскими газетами. Джулианна видела мрачную настойчивость и нетерпение в его глазах – и чувствовала себя так, словно ей в лицо только что плеснули ушат холодной воды. Однако они по-прежнему вели себя как два страстных любовника, которых не заботило ничего на этом свете. Они забыли о войне, революции, даже военной политике правительства здесь, на родине Джулианны, – и это было просто непозволительно.
Конечно же она принесла бы Шарлю новости.
А известия Тома были не слишком обнадеживающими. Лион, Марсель и Тулон находились теперь в руках антиреспубликанских лидеров. В Париже продолжались мятежи, главным образом из-за высоких цен на хлеб и удручающего дефицита продовольствия. По сути, город был в состоянии близком к анархии. Власть принадлежала толпе, за исключением тех редких случаев, когда на улицах появлялась жандармерия. По сведениям Тома, восстания охватили и остальную часть страны.
До этого времени Джулианна с Томом обычно всю дорогу самозабвенно говорили о войне. У них не было возможности обсуждать личные дела.
– Я всегда в хорошем расположении духа, – ответила Джулианна на неожиданный вопрос друга. – Но ты не выглядишь счастливым. Что-то не так, Том?
– До меня дошли слухи, что Питт собрал кабинет министров, чтобы решить проблему, связанную с французским шпионажем в Великобритании. – Он закатил глаза. – Они создали организацию под названием Комитет по делам иностранцев.
– Неужели в Великобритании действуют французские агенты?
– Полагаю, да. Эти проклятые эмигранты повсюду, так и замышляют всякого рода роялистские заговоры против республики, – с жаром бросил Том. И, помолчав, добавил: – А еще поговаривают – и это похоже на правду, – что Питт намерен использовать это новое ведомство, чтобы выслеживать и ловить таких сторонников якобинцев, как мы с тобой.
Ужас пронзил Джулианну.
– Это вздор! Разумеется, наше правительство не станет преследовать собственных граждан.
– Не знаю, вздор это или нет. Но прекрасно понимаю, что Питт ненавидит нас – король ненавидит нас – и тори ненавидят нас.
Она вздрогнула.
– Просто будь осторожной. Мы не разговаривали несколько недель, Джулианна. Я получил письмо от Марселя, – поведал Том, имея в виду их знакомого из парижского клуба якобинцев, который состоял с ними в переписке. – Он утверждает, что некая семья французских эмигрантов обосновалась в Южном Корнуолле или переедет туда в самое ближайшее время. Марсель просит меня выяснить местонахождение графа Д’Аршана и его детей. Ты что-нибудь слышала об этом человеке?
– Нет, никогда, – ответила озадаченная Джулианна. – А почему они хотят узнать его местонахождение?
– Понятия не имею, но я написал, что мы могли бы помочь.
– Конечно поможем, – согласилась она, похлопывая Тома по предплечью.
Друг взглянул ей в глаза:
– Я скучал по тебе.
Джулианна застыла на месте, все ее тело напряглось.
– Что-то не так, Джулианна? Почему ты так странно смотришь на меня? – встревожился Том. – Мне известно, что ты знаешь о моей привязанности к тебе.
– Конечно, – в смятении выдавила из себя Джулианна. Впереди наконец-то показался дом, резко выделявшийся на фоне неба и океана. Она вдохнула, собираясь с силами. – Я сообщала тебе о Морисе.
И в самом деле, пару недель назад Джулианна посылала Тому записку.
– В нашем доме был очень слабый, больной гость, о котором следовало заботиться. Я не могла выкроить ни мгновения, чтобы подумать о себе самой. – Джулианна отвернулась, краснея от постыдной лжи. Сказать по чести, последние две недели она только и думала, что о себе и своей потребности быть с Шарлем.
– Я думал, ты утомлена тем, что посторонний человек задержался в вашем доме так надолго, особенно если этот гость требует внимания, посягая на твои интересы и страстные увлечения.
«О, какая ужасная, неловкая ситуация!» – подумала Джулианна, и ее сердце учащенно забилось.
– К счастью, Шарль – очень интересный человек. Его общество развлекало, а не утомляло меня. Он тебе очень понравится, Том. Он весьма любезен и в высшей степени обаятелен.
Том метнул в нее резкий взгляд:
– Так он уже Шарль?
Старательно избегая смотреть ему в глаза, Джулианна объяснила:
– Он стал моим другом.
– Ну конечно стал. Он – офицер французской армии, так что мне он, естественно, уже нравится. Он, должно быть, щедро потчевал тебя рассказами о войне, Джулианна? Кажется неправдоподобным, что армейский офицер может быть столь любезен.
– Он – сын ювелира, но владеет магазином гравюр в Париже, а еще он весьма начитан и эрудирован, в чем ты совсем скоро убедишься, – нетерпеливо отозвалась Джулианна. Шарль рассказал ей о своей семье и жизни во Франции. И теперь она не могла дождаться, когда же эти двое мужчин познакомятся. Они обязательно подружатся с первой же встречи, ведь у них так много общего!
