Чтение книги деда настроило Альберта на размышления о судьбе людей своего поколения, их мечтах и сегодняшней жизни. Какая большая разница. В последнее время часто на память приходят студенческие друзья. Наблюдая жизнь конкретных людей, видишь, какие метаморфозы происходят с ними. И приходишь к выводу: все, что случается с нами, не зависит от нашей воли и стремлений. Вернее, не зависит полностью. Дороги, которые нас выбирают. Вот точная фраза.
Поколение Альберта слышало много лозунгов. Им обещали каждому по потребностям и загнивание капитализма. Их призывали поддержать общенародное государство, ведущую роль партии, ускорение, гласность, перестройку, плюрализм, правовое государство, социализм с человеческим лицом, рыночный социализм… Новым людям этот набор слов ничего не говорит.
Его поколение вынесло на себе основные проблемы прежней эпохи: ограничение личных прав и свобод, недостаточность, ненадежность, некомплектность и несовместимость продукции. Проще – дефицит качественных товаров и «блат», слово которое сегодня стало архаичным.
Оно увидело в течение своей жизни обратное: власть денег, избыточность, качество и разнообразие товаров и услуг. С удивлением познало на себе, что избыточность относится и к ним самим, а не только к товарам.
Это поколение стало свидетелем и активным участником распада великой державы. Пережило отрицание старых истин, ниспровержение идолов, их охаивание. Выпячивание фактов, которые раньше прятались от глаз любопытных. Из холода в жару. Или наоборот. Не каждый способен пройти все это и закалиться, как сталь.
Этот процесс перелома, перестройки, перемен – основная доминанта всей жизни поколения Альберта. Отражаясь на каждом по-своему. У кого толще броня, защищающая от сквозняков времени, или кривая судьбы более пологая, зато более длительная. У кого-то гибкая спина, не имеющая позвоночника. У кого-то… что тут говорить, перемены потребовали от всех испытаний на прочность. Не многие выдержали.
Листая старые газеты, журналы и просматривая свой архив, Альберт поймал себя на мысли, как все быстро меняется. В технике и политике. В жизни. Мелькают забытые лица и события. Время. На что оно потрачено? Мелкие вопросы и колоссальные затраты времени. С другой стороны, как без них? Ведь путь твой только вперед, его нельзя отмотать назад. Ничего нельзя отнять или добавить. Все, что ты затратил, отозвалось в будущих событиях. И на том, кем ты стал. На тебе следы этих людей, событий и лозунгов. В тебе и людях, с которыми ты встречался. Это и есть жизнь.
Люди делятся на три категории. Те, кто живет по законам сегодняшнего дня, и те, кто живет по законам будущего. Первые стараются получить возмещение за свои страдания сегодня, а вторые – завтра. Время меняет их местами. Третьи, которые живут по законам вчерашнего дня, – ни на что не надеются. Они живут воспоминаниями о прошлом. Вот, собственно, и весь репертуар человеческого театра.
Часто, еще в студенческие времена, а потом во время службы в различных государственных организациях, когда выпадало свободное время, Альберт испытывал такое чувство, что не на то расходует свое время. Что нужно в данное время заниматься не тем, а другим. И находиться, возможно, в другом месте. Может, это чувство поиска пути и своего места? Со временем оно прошло.
Человеку нужно знать свои возможности, не только иметь мечту. К сожалению, он может узнать результат лишь после их столкновения с жизнью. Только она сможет сказать, чего ты стоишь.
Док принимает на работу китайца Ли. Может, настоящее его имя было другое, документов у него не оказалось. Одна справка, что он уроженец Хабаровского края, во что верилось с трудом. По-русски он говорил только «Та», «Не» и почему-то «Сог-ла-син». Это был очень выразительный китаец, похожий на образ Конфуция в старости, как он представляется на старых иллюстрациях.
Его заметил Док, когда проходил по Черкизовскому рынку. Он обратил внимание, что у китайцев в ящике у прилавка лежал правильной формы цилиндрический футляр, украшенный рисунками, похожими на символы И цзина.
– А это что? – спросил Док.
Старший китаец улыбнулся, а младший сказал:
– Это не продажа. Это китайский предсказание.
– А можно посмотреть?
Младший перевел, старый китаец оживился и замахал руками. Младший извинился и сказал:
– Жаль. Не можно. Это его. – И указал на старого китайца.
– А он что, умеет гадать?
– Та, он может. – Закивал младший. – Он может сказать, что будит завтра.
Док поинтересовался, сколько старый китаец зарабатывает. Младший сказал. Док на бумаге написал цифру в десять раз большую. И добавил, перейдя на русско-китайский, жестикулируя руками:
– Мне помогать гадать.
Старший закивал. А узнав от младшего о сумме вознаграждения, быстро сказал «Та». Добавив «Сог-ла-син».
