— Для того я и хочу пойти на отборочные туры — заведу полезные знакомства, — настойчиво повторила Жанна. — Если очень удачно заведу… точнее, разведу, так, может, и входной билет на финал мне… э-э… спонсор оплатит… Ну, что вам стоит, в самом-то деле? Мне всего-то немного надо, так, чтобы сделать несколько ставок по мелочи. А если я вообще ставить не буду, то привлеку к себе ненужное внимание.
Мало кто мог устоять под напором Жанны. Главному редактору это удавалось далеко не всегда.
В итоге журналистка с чувством глубокого удовлетворения получила в бухгалтерии выбитую из главреда сумму, экипировалась шпионски крошечным фотоаппаратом, спрятала диктофон в карман и отправилась по указанному одним из её информаторов адресу.
Положа руку на сердце, девушка не особо хотела присутствовать на предстоящем мероприятии — бои, да ещё без правил, её не привлекали. Но потенциальная сенсация куда важнее. Творческий кризис продолжался, и редактор уже намекнул ей, что пора бы раскопать настоящую историю, а не жалкие обрывки фактов, завернутые в беспочвенные догадки — юридический отдел давно задыхается под лавиной заведомо проигрышных судебных исков, и новые им не нужны.
Отборочный тур подпольных боёв без правил проходил вечером в холодном спортзале какого-то ПТУ на окраине. Около входа в неприглядное, казарменного типа здание, окруженное безликими многоэтажками, пристроилось несколько машин «скорой помощи». У дверей прибывающих встречали двое хорошо одетых расторопных молодых людей с навыками опытных распространителей ненужной продукции. Один из них очень вежливо спросил Жанну, куда она идёт, внимательно выслушал объяснения, и, помявшись, всё-таки посторонился.
Причину нерешительности юноши на входе Жанна вскоре поняла — она оказалась единственной женщиной среди зрителей и немедленно привлекла внимание всех собравшихся.
Журналистка внутренне поёжилась, но тут же жёстко себя одёрнула — не впервой, бывало куда хуже! Придав себе как можно более беспечный и независимый вид, она остановилась в холле напротив спортзала и достала тонкую сигарету. Вообще-то, девушка не курила, но порой, в силу самых разных причин, приходилось. Иногда — чтобы завязать знакомство, иногда — чтобы поддержать компанию, иногда — чтобы расположить к себе. Нередко — чтобы легче вписаться в окружение. Сейчас был как раз такой случай — многие вокруг дымили, не торопясь заходить в пока ещё пустой спортзал, и когда она закурила, на неё почему-то стали обращать меньше внимания.
Жанна неторопливо осматривалась. Зрителей собралось не меньше сотни, и новые всё подтягивались.
— Разрешите поинтересоваться, — вдруг услышала она вкрадчивый голос, — что на подобном мероприятии может делать такая очаровательная девушка?
Обернувшись, Жанна обнаружила мужчину, явно настроенного на то, чтобы вынести из кризиса среднего возраста максимум удовольствия. Представительный, ухоженный, с седыми висками и уверенным взглядом, в дорогом костюме и дорогих очках. Справедливо рассудив, что, имея спутника, она будет привлекать меньше внимания, чем если останется в одиночестве, Жанна откровенно оценивающе оглядела обратившегося и, решив, что на потенциального спонсора мужчина, может, и потянет, выбрала из арсенала своих тщательно отработанных улыбок одну, немного капризную и слегка вызывающую:
— Ищу новых впечатлений.
И улыбка, и ответ её новоявленному кавалеру понравились. Разумеется, цинично усмехнулась про себя Жанна, охотникам этой возрастной категории нужна как раз такая — по-юношески дерзкая и наивно уверенная в безотказности своих чар.
— В первый раз?
Журналистка кокетливо кивнула и опустила глаза, сделав вид, что её смутила двусмысленная интонация, с которой был задан вопрос.
— Тогда, быть может, мне стоит вас немного подготовить к тому, что нам предстоит?
«Нам предстоит», — ехидно отметила про себя девушка и, подпустив в голос игривости, промурлыкала:
— А у вас, значит, большой опыт?
«Самодовольный индюк», — прокомментировала она улыбку, в которой расплылся ее собеседник.
— Бои проходят по олимпийской системе, на выбывание, — покровительственно, с легким оттенком превосходства, принялся объяснять мужчина и повёл её в спортзал. Тот разделили на четыре равных квадрата, но там не было ни матов, ни натянутых канатов. — Побеждает сильнейший. Проигравшие нередко покидают арену на носилках, а не на своих двоих. Случаются и смертельные исходы — ведь правил никаких нет. Разрешается бить куда хочешь, кроме паха, и чем хочешь — кроме подручных средств. Нет допинг-контроля, нет разбивки на весовые категории, нет раундов — бьются до поражения…
Мужчина продолжал пространно объяснять порядки боев без правил, а Жанна, тем временем, с любопытством рассматривала подтягивающихся участников и не особо вслушивалась в слова навязавшегося ей кавалера.