Опускает глаза на свои руки сложенные на столе и снова на меня обращает. Не успевает ответ дать, опережаю:
— Для меня доступ закрыт? Потому, что мне нет доверия? Потому, что я чужая? Потому, что я их ненавижу?
Вспоминаю о щелкнувшем чайнике, отворачиваюсь, достать чашки и открыв дверцу, пораженно достаю баночку с медом. Запечатанная, жар бежит по венам, поджигает кожу на всем теле.
Не верь!
Приказываю себе.
Завариваю чай, психолог молчит. Ставлю на стол сахар, чашки, блюдо, Борис помогает опустошить на него пакет. Зачем открываю холодильник, мигом вылетает из головы, так и стою, уставившись на прозрачные контейнеры с клубникой. Выдыхаю через рот медленно. Делай только один вывод, демон знал, я права, ждал пока меня привезут и бросят к его ногам, как ту сумку.
Не верь!
Кричу надрывно, душа скулит, остатки воли крошатся. Тянусь рукой к столу, опереться, а то прямо сейчас свалюсь.
— Все нормально, я сама, — предупреждаю касания в помощь, опускаюсь на стул.
Молчанов терпеть не может, когда меня трогают, особенно свои. Вместо меня разливает чай, пальцы у него подрагивают.
— Зачем он тебя отправил ко мне? — пуляю прицельно.
— Поговорить о беременности.
— Мне же ничего говорить нельзя.
— Я скажу, что можно.
— И что мне можно? — хочется орать, да сил нет.
— Я обычный человек, у меня даже спящего гена нет. Отец оборотный, мама человек. И у вас будет обычный ребенок. Нет, есть конечно вероятность, что если мальчик, то носителем гена будет. И пробудить его есть вероятность в определенных условиях. Опять же маловероятно.
Мотаю головой, отрицая, дрожь внутренности сотрясает.
Делает глоток чая, хмурится.
— Можно ложку, — просит смущенно.
Подаю и придвигаю к нему сахар. До меня доходит, одно дело его кабинет, а другое перевалочная база Молчанова. Атмосфера давит на него, задача поставленная.
— Давай сначала. Значит так… — начинает, потирая переносицу, обдумывает. — Носители гена мальчики, много нюансов какого именно, чистого или неправильного. Это отдельный разговор. Девочки… Девочки из союзов оборотных тоже носители чистого гена. Только носители, оборотных женщин не существует. Ты не носитель, в роду нет оборотных, это показали лабораторные исследования. Аристарх носитель чистого гена. Это значит у вас будет обычный ребенок. Случай один на миллион, что если мальчик, то будет носителем, если девочка то даже носителем не будет. Как говорится разбавленная кровь.
Меня данная тирада совершенно не успокоила. Наоборот, будто сильнее расшатала, запутала.
— Для продолжения рода именно оборотных, заключают союз между семьями оборотных, где соответственно девочка будет носитель и мальчик носитель. Ген просыпается в период полового созревания, бывает позже, но никогда раньше.
Напрягаю мозг, Тим в самом начале познания скрытого что-то говорил, у них старых устоев семья, потом брак для старшего сына. Если бы еще помнить дословно. Тим отказался от продолжения рода получается, из-за меня, что не раз повторил. Браки заключаются, чтобы воспроизвести на свет новых оборотных.
Глубокой ночью ворочалась в постели, рой мыслей, как тут уснешь. И факт, Молчанов ужинает и спит дома, рядом с фифой. Стоило прикрыть веки, привидилось близкое присутствие кого-то. Затаив дыхание открыла глаза, в жар бросило, дрожь побежала по мышцам. На другой стороне кровати он, раздет и не укрыт.
Казалось бы вот оно счастье, влюбленные воссоединились, препятствий больше нет. Можно, разрешаю, поржать в голос, истерично желательно. Мой ад продолжается, любовью и не пахнет. Каждый раз я уверена хуже уже некуда, а нет, демон Аристарх Молчанов доказывает усердно обратное. Исключительно его метод пыток — разобрать на составляющие, снова собрать и так до бесконечности. Почему я до сих пор не сошла с ума. Задаюсь все чаще вопросом.
Дом в который я никогда не хотела возвращаться, на удивление встретил теплом, приятными запахами, но не приветливыми взглядами. Выросший живот притягивает острое внимание, полосуют меня, хочется спрятать, скрыть. В светлой гостиной я, Арис, по другую сторону от него Марго. Напротив Тим, он уже не мой муж. Сам на развод подал. Слева родители оборотных.
— Арис, это правда? Как ты мог… — прикрывает глаза картинно Мария Валентиновна, потирая виски.
Ухмылка дерзкая режет воздух раскаленный. Веселится демон, его подвиги обсуждают, как он имел жену брата ночью в саду родительского дома, а в это время его супруга безмятежно спала.
— Я должен был ждать пока брат обрюхатит мою женщину? — с искренним возмущением спрашивает у матери.
Вздрагиваю при этих словах. Молчанов, ты ублюдок, моральный. Меня то за что сейчас? За что больно делаешь?
"… мою женщину?"
