В ответ получилось грустно улыбнуться, слов не нашлось. Под кожей ураган разворотил внутренности, пальцы дрожат. Ольга заваливает вопросами, односложно отвечаю, её глаза становятся всё более подозрительными.
— Юль, если я чем-то тебя обидела, ты мне прямо скажи.
Удивлённо моргаю, резко перескочила с темы.
— Нет, Оль, ничем. Я понимаю, что сильно отдалилась…
— Не только. Замкнулась, я уже фантазирую плохое.
Берусь убеждать в обратном, сгребая волю в кулак. Перевожу разговор в другое русло. Так хочется ливануть нескончаемым потоком, поделиться, спросить как быть. Молчу.
— Утром ездила мелочи забрать личные, передала отдел, пара росписей и я свободна, — рассказываю о увольнении.
Параллельно бегаю взглядом по залу ресторана, сердце несётся, в груди пожар. Мерещится всюду демон искуситель. Заказываю бокал вина красного полусладкого, почти залпом осушаю. Ольга со странной улыбкой наблюдает. На самом деле мне дико страшно находиться под данной крышей, здесь столько всего было волнующего меня до неведомых глубин. Номер в синих тонах вспоминаю с трудом, а вот нетерпеливую себя слишком ярко…
— Везучая ты Юлька, такой мужик мечтает обрюхатить. Мне остаётся только слюни пускать, холостые красавчики редкость. Вокруг сплошь лысые жирдяи, жадные до каждой копейки. Вцепиться не в кого. Везучая ты, не жизнь, а мечта.
Меня взрывает неожиданно.
— Ты не знаешь о чём говоришь, совершенно! Это не мечта, это полное дерьмо, в котором утонешь сама не заметишь как быстро.
Замолкаю, слишком громко, редкие посетители оборачиваются. Глаза Ольги ползут на лоб, отодвигает от себя пустую чашку. Выкладывает из сумки конверт на стол и смотрит пытливо.
— Юль, у тебя неприятности?
Этого вопроса я боялась больше всего. Закончив с формальностями на теперь бывшей работе, позвонила подруге, попросила денег взаймы, наличными. Она конечно сразу откликнулась. Не очень приятный повод для встречи, мы давно не виделись.
— Всё замечательно у меня.
— Не особо похоже. Тима спрашиваю, куда Юльку дел. Он нервно засмеялся.
— Тима? — шок от услышанного обжигает.
— Да, видела сегодня утром, потом ты звонишь. Думала он и пнул одуматься, вспомнить о подруге.
— Что ещё ты сказала? — получилось через чур резко.
— Да ничего, — быстро заморгала подруга нарощенными ресницами.
— Оля, дословно разговор? — требую, сдержаться не могу.
— Да вроде… Точно что-то случилось, — шлёпнула ладонями о край стола.
Смотрю, убивая неповинного человека взглядом. Она понимает без слов.
— Спросила куда Юльку дел, он отреагировал непонятно. В смысле говорит. Пол года, отвечаю, не виделись. Да мы с тобой впервые за пол года встретились, — заметно разозлилась. — Звонки, голосовые, сообщения, на этом и держится наша дружба. Поделиться не с кем, я совершенно одна.
Ком в горле встал, ещё чуть и глаза наполнит влага солёная. Как и я, одна.
— Боже… — кажется я в полуобморочном состоянии со страху.
Прячу конверт в сумку. Понимаю чего наболтала подруга по незнанию, Тим скорее всего мигом сложил картинку. Рвётся наружу: оно и к лучшему. Только это не так. Торопиться надо, раз от Тима тишина, значит выжидает вечера и что он успеет узнать ещё за день.
Глаза цепляются за знакомую фигуру, сердце ухает вниз. Схватив сумку, просто срываюсь бежать, плевать, что подумает Ольга и тем более неизвестные мне люди. Успела заметить победную улыбку на пухлых губах, похожую на оскал. Следует за мной неспешной походкой, здесь не случайно, по мою душу, глаза сказали.
Никогда я так не неслась, как по этому пустынному коридору. Ковролин глушит шаги, чувствую рядом, словно дышит в спину. Загоняет будто добычу в лесу, я позволяю страху овладеть мной и бегу. Больше всего боюсь оказаться в сильных, горячих руках. Сердце трепыхается, дышать больно. Вылетаю на парковку подземную, быстро иду к выходу. Как из-под земли он передо мной, грубо стискивает, взвыла жалобно.
— Отпусти!
— Никогда, — оставляет влажный поцелуй на скуле, тон издевательский.
Борюсь, удаётся развернуться к нему лицом или это он позволяет. Склоняется мучительно медленно к губам, поселяя трепет в животе. Касается осторожно, растягивая момент, это перемешивается с не остывшим страхом и я кричу разорвав желанный всеми фибрами контакт:
— Хватит! Рассказывай, всем рассказывай, Тиму рассказывай и исчезни! Я тебя ненавижу, — цежу с реальной ненавистью сквозь зубы, прямо в лицо, которое в миллиметрах от моего.
А он отпускает и смотря мне за спину громко аплодирует. Эхо глушит, втягиваю голову в плечи от громоподного звука.
— Что он должен рассказать? — раздаётся зловещий голос Тима.
Обернуться подобно смерти, смотрю на Аристарха и пытаюсь понять мотивы, всё пролетело перед глазами. Вчера остановил, сегодня подставил. Зачем уничтожаешь меня? Чего добиваешься? Играет на нервах…
— Юля, — с усмешкой предлагает мне начать.
Поворачиваюсь медленно, Тим в шаге от меня. Смотрю в глаза и не могу вымолвить слова. Зато Аристарх в ударе.
— Начнём с самого начала…
— Короче! — рявкает Тим.
Вздрагиваю, сжавшись.
— Дорогой братец, короче не выйдет.
