Искра, что до этого сидела тише воды ниже травы, в ответ не зарделась, подняла голову, посмотрела прямо на княжича. В янтарных глазах, всплеснуло золото откровенно и голо, а губы заалели, и верно поцелуй их сейчас — обожжёшься. Пребран перевёл взгляд на Ярополка, который ждал ответа, остальные тоже навострили внимание, им-то вовсе любопытно, князь такой «товар» не каждый день предлагает.
— Сестра твоя хороша собой, — согласился княжич, не ожидав такого разговора.
Искра смущённо пригнула голову, что только и видно стало пушистые ресницы на щеках.
Князь Вячеслав, что когда-то грозился сына женить на княжне из Лути, так и не исполнил своего обещания, и в то время, пока княжич жил у волхва, её отдали за другого. После отец не заикался о подходящих избранницах. И теперь понятно стало, почему — просчитал всё заранее, послав именно его сюда. Невольно подумалось, что и поручение было не столь важным для него.
— Всё верно, — тут же грозно поднялся и Вяшеслав, выручая. — Товар хорош, но нужно слово князя и согласие матушки-княгини.
Ярополк выслушал обоих, задумался, но никак не менялся в лице. Потом вдруг тоже поднялся.
— Честность я ценю. Что ж, тогда и в самом деле нужно поспешить. Передай князю, что от помощи я не откажусь. Как сойдёт снег, жду вас посмотреть поближе на невесту…
Ярополк вышел из-за стола, приблизился, положил ладони княжичу на плечи. Тут же пахнуло в лицо кислой брагой, напоминая о том, что этими самыми руками он обесчестил свою жену, отрезав ей косы. Ублюдок! Захотелось немедленно сбросить их, а лучше — отрубить по локоть.
— Буду ждать приезда, князь заодно посмотрит земли своими глазами, — сказал Ярополк, захохотав, поворачиваясь к столу, где так и остались сидеть его люди.
Никрас, Саргим и Гроздан уже подобрались с лавок, поправляя пояса, оружие.
— Демир! — окликнул князь воина.
Тот с лавки так и подпрыгнул.
— Собери кметей, гостей проводить.
Внутри Пребрана всё перекосило. Этого ещё не хватало.
— Дам вам своих людей, чтобы безопасно выйти из Оруши, — разъяснил Ярополк, наконец, убирая руки.
— Не утруждайся, князь, — оборвал его Пребран. — Сюда добрались в целости, а уж выбраться так куда легче, пути уже проторены.
Ярополк окинул взглядом небольшой их отряд, вдруг нахмурился.
— Ты говорил же, шестеро вас, а где ещё один?
Пребран сжал челюсти. Вот же тварь, даже во хмелю ничего не упустит. Но и на этот раз вступился Вяшеслав.
— Оставили с корчмарём расплатиться, да припасов набрать в дорогу кое-каких.
Мужчины, столпившись посерёдке горнице, одним за другим стали выходить в двери, призывая поторопиться.
— Ну, что же, жду, до тепла недолго осталось, — отступил Ярополк.
Пребран кивнул, хотел было развернуться, чтобы поскорее убраться отсюда, да вовремя спохватился, в последний миг, вспомнив о княжне и об уговоре, который оказался весьма кстати. Искра, как только он повернулся, поднялась, расправляя складки богатого в вышитых узорах распашня. Никак для него старалась, наряжалась? Пребран поклонился. Она тоже легонько поклонилась, улыбнулась, оголяя ряд белых зубов.
Княжич перевёл взгляд на Ярополка. Тот, сложив за спиной руки, тоже щерился.
— До встречи, князь, — попрощался гость.
Ярополк кивнул, пристально, с холодным спокойствием наблюдая за ними. Развернувшись, Пребран вышел вслед за воеводой, чуя на спине липкий взгляд правителя.
Верить в то, что тот их отпустил с лёгким сердцем, как бы того ни хотелось опрометчиво было бы с их стороны. Слишком сладко он лил речи, а потому заглушать бдительность так рано не следовало.
Выйдя на порог, Пребран с какой-то жадностью глотнул свежего морозного воздуха, так, что пробрало насквозь, наполнилась холодом грудь, освежая, проясняя мысли. После тёмных хоромин двор, что был покрыт белым панцирем, ударил по глазам, вынуждая щуриться и слезиться. Воздух был так чист, до звонкой стали, что слышны были отчётливо в нём голоса Никраса и Гроздана, которые уже переговаривались внизу. Пребран спустился по порогу плечом к плечу с воеводой, и вместе они вышли к подведённым коням.
Воевода выглядел напряжённым и сосредоточенным, всё поглядывал на княжича, но молчал — отъедут, переговорят. Не успел Пребран погрузиться в седло, как на крыльцо под навес вышел провожать гостей Ярополк вместе со своей сестрой. В тени лицо её было белым, как лебяжий пух, при дневном свете вдруг стало сильно заметно, что всё же подбелила, и румянец её был не естественный. Пребран тут же вспомнил, как ещё утром у Даромилы зарделись щёки. Дождавшись, пока все рассядутся по коням, а стражники откроют ворота, княжич повернулся к крыльцу, чуть преклонил голову напоследок в знак уважения, тронул пятками коня и потянул за узду, поворачивая мерина.
— Поехали, — бросил он мрачно воеводе, пуская животное к воротам.
Не успели они выехать за стены, как на дорогу вывернули трое всадников. В одном из них Пребран сразу узнал Фанвара.
— Лёгок на помине, — буркнул Вяшеслав. — Пёс гончий.
