– Всем внимание! – Присутствующие перестают набирать коды и переговариваться через свои микрофоны. – Это Наоми, и я в нее чертовски влюблен. У кого-нибудь есть проблема с тем, чтобы я поцеловал ее прямо сейчас, показывая, как сильно?
Несколько голов отрицательно мотают из стороны в сторону, включая ту, что принадлежит Бобу, который широко улыбается. Пока Нао недоуменно хлопает ресницами, не веря, что я действительно сделал публичное заявление, наклоняюсь и просовываю свой язык в ее рот. Поначалу она упирается ладонями мне в грудь, чтобы оттолкнуть, но потом сдается, отвечая на поцелуй. Нас прерывают свист и аплодисменты.
– Ну все, хватит, – зло шипит она, наконец отстраняясь и заливаясь краской. – Возвращайтесь к своей работе! – Теперь уже ее гнев направлен на улыбающихся хакеров.
Этот ее командный тон делает мой член неуправляемым, она нужна мне прямо сейчас, поэтому я усугубляю свое положение тем, что перекидываю Нао через плечо и несу в свой кабинет, закрывая дверь и опуская жалюзи, пока она возмущенно ругает меня всеми знакомыми бранными словами и барабанит маленькими кулачками по моей спине.
– Зачем ты это сделал? Теперь пойдут слухи! – Ее взгляд прожигает мое слишком довольное лицо.
– Они не посмеют, потому что я отрежу язык любого, кто станет болтать о тебе плохо. – К тому же теперь я смогу отправиться на задачу, не опасаясь, что толпа поклонников выстроится в очередь к ее кабинету.
Она выглядывает из-за меня, косясь на дверь, та закрыта, но мы оба знаем, что за ней никого нет.
– Ты отвратительный халатный начальник, Линкольн.
– Тогда оставь еще одну жалобу. – Располагаюсь между ее ног, радуясь, что сегодня она надела юбку и мне не придется долго возиться, ведь скоро я должен быть совсем в другом месте.
Она убьет меня позже за это решение, но я не могу допустить, чтобы Нао снова подвергла себя опасности или оказалась на пороге сложнейшего выбора. Это ее месть, но я – то орудие, которое завершит начатое.
– Ты ведь знаешь, что я люблю тебя? – спрашиваю, целуя ее в губы, пока поглаживаю обнаженное бедро и веду пальцами в сторону трусиков.
– Конечно, теперь все это знают. – Смешок слетает с ее губ, она прикусывает мою нижнюю и тянет. – Я тоже тебя люблю. Очень-очень сильно.
Каждый раз после этих слов у меня в мозгу происходит системный сбой, нужно дать себе время, чтобы привыкнуть к тому, как поразительно естественно это звучит. Сдвигая трусики в сторону, я обнаруживаю Нао абсолютно мокрой и готовой, мой член уже болезненно тверд, поэтому быстро расстегиваю джинсы, позволяя ей самой распечатать презерватив и надеть его на меня. Издаю стон, ведь каждое движение ее пальцев похоже на рай, а потом медленно погружаюсь во влажное тепло ее киски, не отрывая взгляда от восхитительно красивого лица. Я хочу запомнить этот момент на всю жизнь, знаю, таких будут еще сотни и тысячи, и жалею лишь о том, что мой мозг не настолько совершенен как компьютер, чтобы сохранить в памяти каждый.
Наши тела сливаются в одно, как и наши души, им всегда суждено было найти друг друга в бесконечном потоке хаоса, боли и смерти, потому что только когда они сплетаются вместе, это чистая гармония, особое таинство. Мы способны залечить раны друг друга и стать сильнее за счет единства, как самый прокачанный игровой персонаж, сила которого вовсе не в доспехах и магии, нет, это нечто куда более особенное и прекрасное, и никому больше не удастся это отнять.
Чувствую покалывание в позвоночнике, и мурашки пробегают по всему телу, Нао с громким стоном откидывает голову назад, подставляя мне шею, я зарываюсь лицом в ее изгиб и позволяю себе кончить одновременно с ней. Впитываю каждую частичку нас, чтобы помнить, для чего ухожу и ради чего должен вернуться.
За последние три дня Пэрриши совершили четыре перемещения, два из них по стране, далее перелет в Мексику и уже оттуда отплыли на Кубу. Если мои предположения верны, они все это время держали руку на пульсе, справляясь о том, как поживают их старые друзья. Ждать больше нельзя, потому что либо они продолжат прыгать по прилегающим островам, коих множество, либо совершат межконтинентальный перелет, а это слишком большое расстояние, чтобы вовремя рассчитать конечную точку приземления и принять меры.
Есть еще один нюанс, который заставляет меня поспешить. Обычно если человек попадает под программу защиты свидетелей, он находится под круглосуточной охраной лишь первое время, как только статус возможной опасности меняется, маршалов отзывают. Прошли годы, стало быть, даже если Пэрриши уже сообщили о вероятности нападения, новая охрана еще не назначена, вот что заставило их удирать в спешке. Я скачал базу данных судебных маршалов, чтобы быть в курсе всего, что касается этой семейки, и пока сухие факты говорят, что время пришло. Маркус и Линда остались без федеральной защиты, лишь жалкая горстка собственных охранников и вера в удачу.
Но везение для них закончилось в тот день, когда я повстречал Наоми, теперь я определяю их судьбу, и она, увы, не будет благосклонна к людям, которые сломали мою девочку.
