– Итак, позвольте мне немного рассказать по пути о нашем городе. Это вот, как я уже говорил, Улица Врачей. Здесь живут такие уважаемые и солидные люди как, например, доктор Менгеле и доктор Геббельс. А вот, полюбопытствуйте, дом Карла Клауберга. Такой милашка, скажу я вам. У него уникальная методика – лечит все болезни серной кислотой без наркоза, помогает исключительно всегда. Дальше, видите милый домик с мезонином и гортензиями? Он принадлежит доктору Кеворкяну, он же Доктор Смерть. Он тут построил и активно эксплуатирует своё изобретение – машину имени себя. Тут все люди – почётные граждане нашего города. Видите дальше двухскатную крышу? Вон ту, со скульптурами младенцев с крылышками? Там живёт наша сладкая парочка – доктор Госсел и его супруг и верный помощник, доктор Массаф. Очень любят деток знаете ли, просто обожают. Души в них не чают. Да вон смотрите, они и сами выглянули в окошко и машут нам, обнявшись.
Холмс и Ватсон действительно в окне одного из домов, освещённом тусклым светом свечи, увидели силуэты обнявшихся мужчин.
– А по поводу того, что вы обиделись, что я вас длинной дорогой по мельнице повёл, так это я не со зла. Вот пока идём, расскажу я вам одну занимательную историю, господа. Как-то, в один из прекрасных осенних дней, какие бывают только в нашем городе, в ту пору, когда солнце ещё окончательно не остыло, но ночами уже надо подтапливать камины и печи, а днём всё ещё по-летнему тепло и ясно, природа покрыла всё вокруг золотыми красками. Красиво опадала листва, опускались утренние и вечерние туманы, а на людей напала грусть и меланхолия…
– Короче, Склифосовский! Вы, как я погляжу красноречивы, как братья Толстые, заливаетесь, ако соловей. Давайте уже ближе к телу этой вашей истории, – прервал его ораторские этюды Холмс.
– Так вот, в этот осенний день я, как всегда, усердно нёс свою героическую службу в Скотланд Ярде, вдруг поступил нам по телеграфу… Знаете это новомодное изобретение французов? Так вот, поступил вызов на ограбление в доме маркиза де Сада. Представляете, унесли всё, что было нажито непосильным трудом. Всё погибло – портсигар серебряный два, две куртки замшевых, два граммофона, две коллекции резиновых… ну не буду говорить, чего. Плётки, хлысты, наручники, в общем вынесли всё подчистую. А самого маркиза связали, привязали к его собственной, недавно изобретённой машине для… тоже язык не поворачивается чего. Вставили ему в рот красный шарик, сняли панталоны и поставили в эту самую машину. А машина-то, знаете, такое устройство наподобие дыбы, только сзади приделано одно специальное приспособление. Не знаете? Вам несказанно повезло. Очень, скажу я вам, занимательная штучка. Так вот, поставили короче на дыбе маркиза в этот механизм на максимальную скорость, а сами в этот момент вынесли всё, до последней игрушки. Очень уж маркиз игрушки любил, правда странные они у него какие-то… Кстати, как вы думаете, что произошло с маркизом? Думаете он треснул пополам? Ан нет, крепкий оказался орешек.
Инспектор задумчиво улыбнулся, как будто вспомнил что-то приятное.
– Как потом выяснилось, ему только понравилось. Он сказал, что изобрёл новый вид удовольствия, даже как-то его называл. Слово ещё такое хитрое… набор букв… Толи ЭсЭмБэДэ, толи БэДэЭмЭс какой-то, не помню точно. Чего только нет в нашем викторианском городе, святая инквизиция! Нашла его в таком положении служанка, которая с утра пришла прибираться после еженочной оргии. Вы представляете её удивление, когда она увидела маркиза в таком не комиль фо? Её детская психика навсегда была поражена видом блаженно улыбающегося маркиза на дыбе, с работающим сзади механизмом. Кстати, служанку потом пришлось поместить в наш местный дом для душевнобольных. Наш любимый Бедлам. Но мы его ещё посетим, куда уж без него. Быть в нашем городе и не посетить дурдом, это просто преступление…
– Стоп! Это что такое? Какого дьявола! – прервал на полуслове Лестрейда Ватсон у двухэтажного кирпичного дома с ажурной лепниной, массивной деревянной дверью и милым бронзовым колокольчиком под старину.
– Что с Вами, Ватсон? – испуганно спросил Холмс.
– Да, что с Вами, доктор? – поинтересовался инспектор.
– Да посмотрите же вы сюда! Разуйте глаза!
На этом двухэтажном особняке, в самом центре Улицы Врачей, висела медная табличка с надписью каллиграфическим подчерком «Доктор Джон Ватсон, частная практика».
– Как такое может быть? Что это такое? Объяснит мне кто-нибудь, что здесь творится, в конце концов или нет?!!!
– А что Вы так удивляетесь, доктор? Не надо так переживать, нервные клетки не восстанавливаются, – спокойно ответил Лестрейд, – это просто дом, он ещё пока пустует, ждёт своего хозяина. В нашем гостеприимном городе для всех и каждого найдётся место, а уж тем более для такого уважаемого джентльмена, как доктор Ватсон.
– Я не пойму, это какой-то другой доктор Ватсон? Мой полный однофамилец и одноимёнец что ли? – пытался объяснить необъяснимое доктор.
