– Для группы «412» – немедленно покиньте район! Ваш квадрат закрыт! Сейчас будет нанесен артиллерийский удар!
«Вот оно что! – мелькнула у меня горькая догадка – Они решили накрыть базу Халида. Но как некстати!»
– Вас не понял! Вас не понял! – ответил я – Нахожусь в квадрате… Выполняю задачу!
– 412-я, ваш квадрат закрыт! Немедленно покиньте район!
– Вас не понял! Выполняю задачу в квадрате… Вас не понял!
Одним словом, я «включил дурака». Меня зло брало, что кто-то там уже решил «накрыть» базу боевиков, не смотря на то, что операция «Беной» в самом разгаре. Да, скорее всего, там и не знали о сути операции. Решили, что разведчики нашли базу и теперь ее немедленно надо уничтожить, чтобы тут же отрапортовать в Москву: «Уничтожена база боевиков!». Но мы же не рядовая поисковая разведгруппа – у нас особое задание! Я знал, что пока мы не доложим, что покинули этот квадрат, они не имеют право на открытие огня. Я связался с Панаетовым по коротковолновому передатчику и еще раз передал ему наши координаты. В завершение радиосвязи я попросил Панаетова быть в готовности к открытию артогня по квадратам только к утру и по нашей наводке. Может, догадается связаться с Ханкалой и поставить их в известность, что мы тут делаем? Я же его предупреждал на аэродроме, что я боюсь не духов, а неожиданных решений Ханкалы. Как ни печально, но я оказался прав.
В горах смеркается быстро. Едва солнце погрузилось за горбатые вершины близлежащих отрогов восточной гряды Веденского ущелья, как полумрак обступил нас, на дно каменного распадка, где сидели мы, опустилась полупрозрачная полоска тумана. Стало сыро. А туман, словно ватное одеяло, скрадывал звуки приближающейся ночи. И только датчики движения, расставленные внизу распадка, известили нас о приближении нескольких мелких и крупных объектов. Я хоть и понял, что это скорее всего идет группа Пятого со своими машинами по нижней дороге – мы все внутренне напряглись. Уже сработал датчик системы «Трепанг» – внутренний периметр охраны, так сказать – последний рубеж нашей обороны, а мы еще ничего не видели и что хуже всего – ничего не слышали. Вскоре впереди на дороге показался человек, за ним – второй, третий. Эти черные привидения, словно по мановению волшебника, медленно и без единого звука проявлялись из серого туманного марева наступившей ночи.
Я три раза свистнул в манок и получил такой же ответ.
– Все в порядке, – сказал я Набату – Это головной дозор Пятого.
– Кого-кого? – переспросил Набат, но я уже покинул позицию и вышел на дорогу, к этим черным приведениям.
Находясь рядом с Пятым я даже самому себе казался ребенком. Чтобы с ним разговаривать, мне приходилось задирать голову, глядя на него снизу вверх, словно я пытался заглянуть на сторожевую вышку. Люди группы Пятого были молчаливы и уставшие. По их слегка замурзанному виду можно было догадаться, что они не один километр шли пешим порядком. Все были вооружены пистолетами-пулеметами с ПБС, двое – ВСС «Винторез»*. Подошли и машины с погашенными фарами – две «Нивы», забрызганные грязью и покрытые толстым слоем пыли. Группа молча заняла круговую оборону в ожидании нашего экспресс совета на дороге.
– Все нормально? – спросил Пятый.
– У меня один «трёхсотый» и один пленный.
– Как, раненный?!
– Боец ногу подвернул. Ходить не может.
– Тьфу, ты! Инфаркт с тобой заработаешь… В селе как?
– Пока тихо. Вчера ночью были «грозненские».
– Им что еще здесь нужно?
– Откуда я знаю? Здесь ихнего отряда нет, в селе пусто.
– Они в Ялхой-Мохк сейчас стоят. Человек двадцать.
– Эти, похоже, в Ножай-Юрт уехали. Сегодня еще не возвращались. Я на дороге пост выставил.
– На хутор не ходил?
– Что я, больной? Ахьядов, похоже, привез «посылку» для Халида – дома сегодня не ночевал, вернулся только к обеду. Халид со своими людьми находится примерно в трех с половиной километрах отсюда на юго-восток. Это район высоты с отметкой «791». Там, похоже, у него законсервированная база. Координаты для КОПа я уже передал, пусть раненько утром шандарахнут туда на всякий случай. У Халида сейчас человек десять, не более. Плюс пост на серпантине – трое. Полюбасу – сегодня будет движуха!
– Похоже на то.
– Как быть с серпантином? – имея ввиду пост боевиков, поинтересовался я.
– Там сейчас Бушмен работает. Рано еще этот пост снимать. Не факт, что пленного возьмут. И не факт, что этот пленный еще на нас работать будет.
– …И не факт, что Бушмен в темноте найдет этот пост – мрачно заметил я.
– Не каркай! Будем ждать. Надо действовать наверняка.
