Когда мальчик, наряженный в новый вязаный свитер – подарок рукодельницы Светланы Ивановны – переступил порог квартиры, сердце Анны Сергеевны сжалось. Как он себя почувствует на новом месте, понравится ли ему? Сначала им обоим было как-то неловко, словно они и не общались каждый день подолгу в течение уже двух месяцев. Но постепенно, понемногу, и Кирилл и Анна разговорились.
– Что приготовим на обед? – спросила она у мальчика ближе к полудню.
Он помолчал, раздумывая.
– А можно блины? Я уже давно их не ел…
– Блины? Конечно можно! Ты какие больше любишь? Тонкие, пышные или с начинкой какой-нибудь?
– Тонкие с капустой. Мне мама часто такие пекла. – Кирилл осекся.
Анна почувствовала его смятение. Да и ее саму резануло его слово «мама». Даже нет, пожалуй не это, не само это слово, а то, что Кирюша ставит перед ней уже определенные ориентиры, границы, которым бы неплохо ей соответствовать. Мама делала так-то и то-то… Но Анна сразу же поставила себя на место. Ты же знала, на что шла. Мальчик уже довольно большой, и воспоминания о матери будут с ним на всю жизнь. И еще не раз ты услышишь о ней из его уст. Он будет не только говорить о ней, он еще и сравнивать вас будет. И это нормально. Это надо выдержать и принять. С этим надо научиться жить. И вообще жить дальше. Но ведь ты и не должна полностью заменить Кириллу маму, в твои задачи не входит стирание из памяти мальчика его родных матери и отца. Ты должна помочь мальчику в дальнейшей жизни, вырастить его, помочь встать на ноги, дать образование и научить Кирилла быть просто хорошим человеком. Впереди совсем негладкий и неблизкий путь. И раз уж ты сама первая решила ступить на эту дорогу, то будь любезна не вставать в стойку при каждом его упоминании о матери, о родных и вообще о прошлой жизни. Это его собственный багаж, и он очень дорог этому маленькому человеку. Научись и ты принимать и ценить эти воспоминания вместе с ним.
Анна Сергеевна улыбнулась.
– Я и сама такие блины люблю, честно! Видишь, наши вкусы сходятся.
Надо уводить мальчика от неловкости, какую он уже начинает чувствовать. Он не должен стесняться вспоминать о своей маме вслух.
– А ты раньше маме помогал печь блины? – она сделала вид, что не заметила его смущения.
– Нет. – В голосе Кирюши послышалось облегчение.
– Тогда пошли на кухню, я буду тебя учить.
Они пекли блины, жарили капусту для начинки, накрывали на стол. Мальчик по мере сил помогал Анне – потихоньку резал капусту, и даже наливал черпаком на раскаленную сковороду тесто. Постепенно он начинал осваиваться и понемногу заулыбался. Потом они с удовольствием уничтожали эти блины, демонстрируя при этом довольно хороший аппетит. И, делая все это, они словно шли навстречу друг другу, стирая грань между Анной-врачом и Анной-знакомой тетей, и Кирюшей-пациентом и Кирюшей – просто мальчиком. Анне в какой-то степени было все же полегче – она была на своей территории. Кириллу же предстояло открыть для себя совершенно новый мир. И первой ступенью в этом было знакомство с его новым жильем, со всем, что находилось в квартире Анны Сергеевны, а так же с порядками, заведенными на этой территории уже давно…
Пообедав, они уселись в комнате и долго рассматривали семейные фотографии Гореловых. Сразу же после разрыва с Игорем Анна убрала многие снимки, особенно те, где были запечатлены она вместе с мужем, или один Игорь. Выбрасывать совсем не стала, но закинула пакет с фотографиями подальше на антресоли. Это была часть ее жизни, большая ее часть, и, в общем-то, хорошая и даже счастливая. А если точнее, то это была не только ее прошлая жизнь, но и жизнь всей ее семьи, ее детей. Боль и обида уже улеглись, и, кто знает, может когда-то придет время, и эти фотографии снова займут свое место в альбоме…
Кирюша с большим интересом рассматривал снимки, задавал кучу вопросов. Особенно его привлекали кадры, запечатлевшие Артема и Любашу. Да и что удивительного, ведь они теперь должны будут стать его старшими братом и сестрой.
А потом, словно вторя их мыслям, позвонили дети. Анна говорила им, что сегодня у нее будет гостить Кирилл, и они решили познакомиться с мальчиком. Любаша уже, в принципе, была с ним знакома, но все равно пришла к брату, и, переговорив по телефону с матерью, они включили скайп. Бог мой, до чего дошел прогресс! Когда-то о таком чуде люди не смели даже мечтать! А ведь как хотелось порой хоть глазком увидеть своих родных или любимых! А теперь – нате, пожалуйста! Несколько минут – и вот уже они с Кириллом смотрят на улыбающихся с экрана Любу, Артема и сноху Машу. А те в свою очередь с интересом вглядываются в их лица.
