Наручники он надел, но скреплять не стал — так и пошёл в подвальный лабиринт, позвякивая гирляндами браслетов. Было немного времени, чтобы потренироваться не щуриться от боли и не выдавать её происхождение, — Гедимин подозревал, что Макнайт не будет рад его развлечениям. К концу пути надрезы на лобке перестали ныть, но сильно зачесались. Под пальцами они ещё ощущались — тонкие припухшие полосы на коже, и сармат очень надеялся, что до воскресенья они исчезнут. «Что-то похожее со мной хотел делать Кумала,» — вспомнилось ему, и он поморщился. «Тогда я послал его на Седну. А теперь…
Перчатка лежала у той же стены, где сармат её оставил, и почти на том же расстоянии от двери, — видимо, никто не рассчитывал, что Гедимин обнаружит её отсутствие. Он подобрал механизм и долго крутил его, проверяя инструмент за инструментом и вытирая о комбинезон невидимую грязь. От этого занятия его отвлёк только шум открывающейся двери и лязг разболтанной обшивки экзоскелета.
— Только отпустили? — сочувственно хмыкнул Макнайт, посмотрев на сармата. — Ладно, пошли, в ангаре тряпкой протрёшь.
Он отобрал перчатку и снова сковал Гедимину руки, заведя их за спину. Тот прислушивался к своим ощущениям — не отреагирует ли «механизм» на схожую ситуацию? — но всё было спокойно. «По крайней мере, сам по себе он не запускается,» — с облегчением подумал сармат. «Я ещё не совсем „макака“. Может, доживу без мутаций до освобождения.»
К северу от космопорта незнакомые голоса что-то хором скандировали. Этот звук был Гедимину незнаком. Он задумчиво сощурился, вспоминая, не назначен ли на сегодня какой-нибудь мелкий праздник, на который его конвоиру не дали отгул; память молчала, но это ничего не значило.
— Понял, иду на перехват, — отрывисто проговорил в передатчик сердитый «коп», сворачивая за ангар. На сармата, отстегнувшегося от ограды космодрома и севшего на ближайшую скамейку, он даже не посмотрел. Ещё один пошёл следом, но свернул на два ангара позднее. «Все на север,» — думал Гедимин, наблюдая за перемещениями полиции. «Сегодня их тут много. Видимо, дело не в празднике.»
— Ну да. Видишь, я без флипа? — раздался справа от сармата знакомый голос, и тот, сузив глаза, мягко поднялся и развернулся, аккуратно перекрывая дорогу. — А где сказано, что мне нельзя сюда ходить? Я — нормальный лунарь… Эй!
Люнер, резким тычком отключив передатчик, отступил на шаг, поднял недовольный взгляд на Гедимина, вставшего посреди дороги, и его уши медленно побагровели. Сармат следил за изменениями их окраски с любопытством биолога и думал, чем она может быть вызвана, — то ли «мартышка» знает, что чужие инструменты без спроса не берут, то ли вспоминает, при каких обстоятельствах эти инструменты взяла.
— Я никому и ничего! — энергично замотал головой Люнер. — Честно!
— Зачем брал перчатку? — тихо спросил сармат. Люнер шумно выдохнул. «Теперь понятно, что его смутило,» — отметил про себя Гедимин. «Ну, это ожидаемо.»
— Мы со стариками хотели сравнить наш инструмент с вашим, тесковским, — ответил байкер уже не так смущённо. — Ваш лучше. Но мы ничего не взяли, ты не думай!
— Видел, — кивнул сармат, отходя с дороги. — Мог бы меня спросить. Зачем тайком?
Люнер покраснел пуще прежнего.
— Я и собирался, — с досадой сказал он. — Мишти же не сказала мне… Она говорит — там будет Джед и его инструмент, приходи и жди. Откуда мне было знать⁈ А… зачем, кстати, были те штуки?
«А ведь он сам с кем-то спаривается,» — подумал Гедимин, пытаясь прикинуть на глаз возраст байкера и соотнести с тем, что слышал об обычаях «макак». «Или нет?»
— У меня нет гениталий, — пояснил он, наблюдая, как уши и щёки Люнера постепенно меняют окраску. — Подключаем все рецепторы, что-то да сработает.
Между ангарами мелькнуло что-то белое, а за ним — жёлтое.
— Земля для землян! — заорал, вылетев из переулка, человек в длинной белой футболке. — Чужие — вон с планеты!
— Эй! — крикнул Люнер, разворачиваясь к нему и сжимая кулаки. — Здесь Луна, ты, дебил! Вали на свою Землю и там…
— За-аткнись! — нараспев скомандовал «коп» — усталая и сердитая самка в жёлтом экзоскелете — подцепляя землянина «клешнёй» за футболку. — Кто ещё рвётся в обезьянник?
Люнер спрятался за спину Гедимина, а тот запоздало убрал руки с болтающимся незамкнутым браслетом. «Коп» со вздохом исчез за ангаром, утащив за собой вырывающегося землянина.
— Задрали! — выдохнул Люнер, опускаясь на скамейку. — Когда приезжают чужаки, по крайней мере, нам выезд не запрещают! А тут сидишь, как идиот, из-за этих… землян! Чего им на Земле-то не оралось⁈
