За дверью что-то гудело и лязгало, иногда доносились отрывистые реплики, потом кто-то охнул. Створка отъехала в сторону, пропуская самоходную тележку. На ней лежало раздетое тело, показавшееся Гедимину неестественно маленьким; не сразу он сообразил, что это обычный человек. Переложив его на койку и прикрыв простынёй по грудь, санитары быстро вышли, и снова из коридора донёсся гул, прерываемый недовольными репликами.
Человек на койке зашевелился, приподнялся на локтях, дотянулся до стакана с водой у изголовья, посмотрел на него и, еле слышно фыркнув, лёг обратно.
— Да, Мэллоу, тут тебе не курорт, — пробормотал он.
Гедимин, вздрогнув, перевернулся набок и привстал на локте, растерянно глядя на человека.
— Мэллоу?
Тот дёрнулся всем телом, попытался встать, но, сдавленно охнув, смог только перекатиться на другой бок и лечь к сармату лицом. Его кисть приподнялась в приветственном жесте; большой палец он прижал к ладони, остальные четыре старательно растопырил.
— Механик Джед? Вот ты где! Мы уже не знали, что и думать. То ли бежал, то ли расстрелян…
Гедимин поморщился.
— Я тут, — он покосился на грудь, покрытую старыми шрамами. Чип, вцепившийся в его сердце, никак о себе не напоминал. «Такая маленькая штука — и столько проблем…» — Гедимин досадливо сощурился.
— А ты что тут забыл? — спросил он, разглядывая человека. Под его глазом багровел свежий кровоподтёк, но, насколько сармат знал, из-за синяков обычно не увозили в больницу.
— Да вот, — Мэллоу скривился и слабо помахал расслабленной ладонью. — Извини, что не встаю, — только что мне вправили обе лодыжки. Неделя без прогулок, так-то вот…
Гедимин мигнул.
— Кто тебя так? Люди Джайна?
Мэллоу мотнул головой.
— Спаркс! Его парни, я их знаю. Надо же было их подпустить вплотную… — он покосился на свои лодыжки, прикрытые простынёй, и снова скривился. — Ловкие ублюдки. И, главное, не подкопаешься. Несчастный случай, так-то вот…
Гедимин недобро сузил глаза.
— Спаркс? Может, его… нейтрализовать?
Мэллоу поспешно замотал головой.
— Подожди, механик! Они этого и хотят. Вывести тебя из игры. Вот, смотри, — стоило тебе на день уйти, и что творится? — он кивнул на свои ноги. — А если тебя засадят в карцер, нас вообще раздавят. И ещё Винки…
Он поморщился.
— С ним что? — спросил Гедимин, угрюмо щурясь. — Тоже здесь?
— Винки в большом госпитале, — вздохнул Мэллоу. — Какой-то хитрый перелом…
Дверь распахнулась, пропуская двоих экзоскелетчиков. За ними, чуть поодаль, шли двое в белых комбинезонах, а позади — ещё один экзоскелет. «Шериф,» — узнал Гедимин, едва увидев жёлтую броню. «Это не к Мэллоу…»
Джон, натянув простыню до подбородка, моментально прикинулся спящим. Алваренга, проходя мимо него, выразительно хмыкнул, положил рядом со стаканом две пилюли и направился к защитному полю. Экзоскелетчики уже обступили купол, подозрительно глядя на сармата.
— А я предупреждал, что этим кончится, — сказал угрюмый доктор Фокс, останавливаясь у изголовья и прижимая палец к шее Гедимина. — Из сарматов плохие рабы.
— Мистер Фокс, — шериф поморщился. — Не начинайте сначала. Ваш чип помог пресечь побег, но не предотвратил его. Попробуйте ещё раз.
— Чтобы вы его окончательно добили? — мрачно отозвался Фокс. — Гедимин, вы меня слышите?
Он взглянул сармату в глаза.
— Да, — буркнул тот. Приподняться не вышло — едва защитное поле упало, браслеты защёлкнулись, пристегнув его к койке.
— Третья попытка побега, мистер Кет, — тяжело вздохнул шериф, подходя к нему вплотную. — Вы что, забыли, где находитесь? За месяц Луна не состыковалась с Землёй, как бы вам этого ни хотелось.
Гедимин досадливо сощурился.
— Я не собирался бежать, — угрюмо сказал он. — Надо было остановить барк…
Фостер махнул стальной «клешнёй».
— Я знаю, где и при каких обстоятельствах вас нашли. Так или иначе — вас не было там, где вам было приказано оставаться. Сомневаюсь, что суд поверит в ваши благородные мотивы.
— Шериф Фостер, — холодно сказал Фокс, отворачиваясь от сармата. — Вы ещё раз попытаетесь договориться с Гедимином — или мне делать то, за чем я сюда приехал?
— Действуйте, — отозвался Фостер, отступая на шаг. — Доктор Алваренга поможет вам.
Сармата перевернули вниз лицом; теперь он утыкался подбородком и лбом во что-то упругое и чувствовал, как кожу на шее холодит разбрызганный спирт с анестетиком.
— Вот этот участок, — отрывисто сказал Фокс. — Вы держите, я ввожу.
По коже разлилось что-то мокрое. Боли сармат не чувствовал, но что-то неприятно оттягивало мышцы на загривке.
— Готово, — неприятное ощущение пропало, запах крови исчез, к коже прижали клочок пластыря. — Вот он. Один, два… Всё, активировался. Переворачивайте!
Пока Гедимина перекладывали на спину, он напрягал плечи и мышцы шеи — что-то инородное было внутри и порой давало о себе знать, но точно определить, где оно, сармат не мог. «Ещё один чип»?' — он досадливо сощурился. «Напихают всякой дряни…»
— Матейка, Макнайт, подойдите ближе, — негромко скомандовал шериф. — Доктор Фокс, покажите, как это работает.
