— За реактором с тремя сборками мы наблюдали много месяцев, — напомнил ему Айзек. — Ничего совсем уж неожиданного быть не должно. Но… Гедимин, как там хранитель?
Гварза скривился. Гедимин прислушался к ощущениям и пожал плечами.
— Ушёл со связи. Но вроде доволен.
Уходить с ГЩУ не хотелось. В цеху сармата ждали заготовки под резонаторы — пока ещё нормальные болванки из тёмно-синего металла. Раскатать их в лист нужной толщины и свернуть в трубку было несложно, но… Гедимин вспомнил эскизы, развешанные по стенам, и недовольно сощурился. «Сделать-то можно. И морду, и череп, и подвесную челюсть. Но зачем⁈»
Айзек и Гварза уехали ещё затемно. Сквозь сон Гедимин слышал, как Вепуат возится с фляжками, а потом уходит. Ушёл надолго. Гедимин возился с резонатором, насаженным на болванку, — куску металла позарез нужно было придать форму условной морды с мелкими острыми зубами, — и досадливо щурился. Филки-подмастерья ушли вместе с Вепуатом… хотя — сармат не сильно расстроился, — помощи от них было немного. Он успел «изуродовать» два резонатора, когда наручный дозиметр беспокойно замигал экраном. «Лучевой всплеск?» — сармат развернул запястье, и стрелка-указатель, качнувшись сперва к реакторам, упёрлась в потолок. «А. Уже полетели. Выйду — посмотрю, что там со жгутами.»
— Уф! — Вепуат, шумно выдохнув, шагнул через порог. — Ого! А красиво получается.
Гедимин поморщился.
— Кто обещал помощь?
Вепуат виновато хмыкнул.
— Мы там с деревом возились. Зато всё получилось! И чаны, и плашки. Там сейчас жгуты собирают. А ты у Броннов был? Пойдём посмотрим, как там всё растёт!
— Без меня не вырастет? — спросил Гедимин, снимая резонатор с болванки. «И что тут красивого? Кривой, испорченный металл…»
— Там деревья надо будет прикопать, — тараторил о своём Вепуат, нетерпеливо оглядываясь на открытый шлюз. — Завтра день Металла. Всё прожарится, как надо. И нам с ними не возиться. А Пожиратели беспокоились, когда сверху всё это летело! Говорили между собой. А со мной не стали. Я уж не стал Тильчи по второму разу к ним тащить…
«Мать моя колба! Мне-то всё это зачем⁈» — Гедимин не без труда выловил кусок информации, относящийся к нему. «Прикопать… Специально же построил печь для прокалки.»
…Грунт покрылся цветными буграми. Буро-зелёные полусферы раздулись и обросли шипами, яркие волнистые гребни встали с ними вровень и набухли, из воронок, уходящих в гравий, проросли толстые пучки длинных волокон. Все шевелилось, пульсировало — и, как иногда казалось Гедимину, пыталось уползти. Сильнее всего копошились пёстрые кучи — растения множества видов, так и не рассаженные по пустым участкам. «Ну, может, теперь они сами туда доползут,» — думал сармат. Сверху на всё это текла вода — Бронны добрались до вентиля, кран не закрыли, губки промокли и больше не сдерживали напор. С тропы на «оранжерею» смотрел довольный «агроном».
— Кора? Это надо, — он пискнул помощникам, и мешки, принесённые Вепуатом, утащили в «жилой отсек». Там они пролежали недолго — несколько секунд что-то шуршало и стучало, потом появились двое Броннов с корзиной и принялись разбрасывать кору по «оранжерее». Падало куда попало — и на пустые участки, и прямо на «листья». «Они вообще смотрят, куда кидают?» — Гедимин досадливо сощурился.
— Грибы подавишь!
— Она лёгкая, — Бронн подбросил на ладони пригоршню дроблёной коры и швырнул в «оранжерею». Ошмётки веером разлетелись по отсеку.
— Куджагла не перезреет? — спросил Вепуат. «Агроном» дёрнул ушами.
— Ей ещё расти и расти. Места много — будет крупной. Кору принёс, хорошо. Жира сейчас мало. А листья там остались?
— Листья съели, — ответил Вепуат. — Но можно привезти речного ила. Из Эллура.
Бронны переглянулись.
— Ила не надо. Нет его в Аммене.
— А в Алвене был, — вмешался в разговор Уттунри, чем-то явно недовольный. — И ничего плохого в нём нет.
— Вас, алвенцев, не позвали, — нахмурился «агроном». — Вот и молчи. Ещё и реки не различает…
Уттунри сердито фыркнул.
— Ты бы слушала, что говорит Вепу-а! Будто сама много знаешь о реках…
Вепуат резко мотнул головой.
— Пока обойдёмся корой. Воды хватает?
…Вепуат стряхнул с себя «трилобитов» и подошёл к ошкуренному дереву-валуну. «Большое,» — Гедимин оглянулся на ближайшую рощу, рассчитывая увидеть крупную проплешину в её центре. «Откуда его притащили? Здесь, поблизости, всё на месте.»
— Пришлось поискать, — Вепуат довольно ухмыльнулся. — Зато хватит на два чана. Один для Броннов, другой для филков, чтоб не ныли. Смотри, тут даже я помещаюсь!
Гедимин поймал его за плечо и отодвинул от пустотелого ствола.
— Что там было про плашки?
…Почти плоские обломки расколотой древесины лежали в стороне. Она была тёмно-оранжевой и — на взгляд Гедимина — чересчур рыхлой. «Поперечная плотность маловата,» — думал он, взвешивая обломок в руке. «Валуны обычно плотнее.»
— Всё-таки свалили «обелиск»? — спросил он, недовольно щурясь.
