Валентина Эдуардовна достала варенье и подвинула внучке… целую банку. Сама же чай решила попить с мёдом.
Чаёвничали молча. Валентина Эдуардовна с удивлением смотрела, как Вера поедает варенье. Эх, значит, все не так… Значит, это Виктор…
— Верочка?.. — треть съеденной литровой банки насторожила бабушку.
— Бабуль, — Вера подавила вздох. — Если от меня стали гулять, значит, я плохая! Значит, я виновата в том, что случилось…
— Больше ты ничего не надумала? — изумилась бабушка.
— Только это. Всю ночь думала.
Валентина Эдуардовна коснулась руки Веры.
— Девочка моя, давай поговорим? — разговор с Виктором посеял сомнения в её душе. Он волновался за жену — это беспокойство о сыне слишком её из колеи выбивает. — Может, все и не так?
— Бабуль, я бы не стала тебя волновать, если бы хоть на йоту сомневалась.
У Валентины Эдуардовны слёзы навернулись на глаза от этих слов внучки. И тут же сжалось сердце — значит, край… И эти обтекаемые слова Вити…
Вера рассказала бабушке всё — весь свой прожитый год со всеми ощущениями, проблемами, догадками. И о своём анализе всей ситуации.
— Умненькая ты моя…
— Самое противное, что вот я тебе сейчас всё рассказывала, и мне пришло в голову, что Витька мог давно уже гулять. Наверное, ему это было необходимо.
— С такой красавицей-женой?
— Ну, я же…
— Да, да! Плохая ты, я это помню!
В шоке Валентина Эдуардовна была оттого, что разбила семью внучки Лена. Они ведь дружили! И Валентина Эдуардовна приветствовала эту дружбу, которая хоть немного потеснила печаль Веры из-за отъезда Наташи. И бабушке казалось, что Лена — хорошая девчонка, открытая, добрая, хотя и простоватая.
— Вер, а как ты думаешь, кто из них? Ну… первым начал?
Вера пожала плечами.
— Знаешь, я думаю, у них было взаимное притяжение. Наверное, это у них любовь. Так что…
Так, всё ещё хуже, чем решила Валентина Эдуардовна. Много же за эту бессонную ночь Вера надумала! У них, значит, любовь. Или страсть, которую они не стали подавлять, чтобы не причинять боль Вере. Вере, замечательной жене, Вере, хорошей подруге. Валентина Эдуардовна по себе знала, что вспыхнувшую страсть можно усмирить, пережив. Грубо говоря — перебесившись!
— Вера, это можно перебороть!
— Я понимаю, и я бы смогла, если бы со мной что-то подобное произошло! — кивнула Вера. — Но… А если это любовь?
Ну конечно, Верочка же не имеет подобного опыта! И Виктор — её единственный мужчина. А живёт она по своим святым, идеальным убеждениям! Ну, а как ещё? У неё-то в жизни шаг за шагом было всё правильно…
— Ты считаешь, что их надо оставить в покое? Ну… не мешать, не нервировать!
— Ну да…
— Вер, а тебе что, всё равно?
Валентина Эдуардовна понимала, что этот вопрос причинит внучке боль. Если не прямо сейчас рана откроется, то всё равно будет толчком к этой боли. Но и находиться в состоянии странного душевного анабиоза — не дело!..
— Пока всё равно. Знаешь, я даже порадовалась, что смогла всё правильно вычислить. И… Мне кажется, он приучил меня… ну, наверное, я привыкла чувствовать его любовниц. А тут просто из ближнего окружения, вот меня и пробило!
— Думаешь, они были? Любовницы…
Вера повернулась к окну. И долго смотрела на окна дома напротив.
— Думаю, да… Противно.
Но Валентина Эдуардовна была уверена, что Вере надо поплакать. Все равно боль есть, к чему бы Вера не привыкла. А слёзы и облегчение принесут и покой.
«У них любовь, — мысленно повторила слова внучки Валентина Эдуардовна. — Эх, Вера, Вера…»
«Я тебя люблю» — SMS.
«Любишь? Приезжай!» — ответное SMS.
Виктор сидел на кровати, обхватив голову руками, — он не представлял, как теперь будет жить. Жить без Веры. Вот так неожиданно его увлечение проявилось и разбило то, чем он дорожил больше всего на свете. Своей Верой.
Вера разговаривать с ним, видимо, не хотела. Он уже сделал несколько звонков — её номер был недоступен, а Валентина Эдуардовна обещала передать, что он звонил. В том, что бабушка его жены скажет о звонке, Виктор не сомневался — уж он постарался правильно поговорить. И, возможно, поможет примирить его с Верой.
Паника напала на Виктора, когда он приехал домой и понял, что Вера ушла. Конечно, ушла. И кота своего забрала.
Борька, конечно, был Вериным котом. Потому что, когда приходили домой Виктор или Илья, кот встречал их, сидя в дальнем конце прихожей и внимательно рассматривая. Дожидался, когда пришедший переобуется, и уходил в комнату. А когда приходила Вера… Мало того, что он чувствовал её, минут за двадцать до возвращения усаживался возле входной двери! И как только она входила, терся об её ноги. А стоило Вере переодеться, Борька прыгал к ней на руки, обнимал её, а Вера гладила его по спинке.
Виктор открыл шкаф в их спальне — верхняя одежда была на месте… Значит, у него был шанс увидеть жену. Перед мысленным взором явилась картинка — Вера собирает вещи — как видение. Он чертыхнулся и отогнал от себя эту пессимистическую мысль!
— Что это я? Получается, что Вера не вернется и я увижу её только когда она придёт за теплыми вещами?
И снова эта картинка перед глазами.
— Ну, это мы ещё посмотрим!
Виктор разозлился.
