— Отлично! Отлично…
Вере показалось, что Сергей торопится пройти мимо домика охраны.
Сергей Витальевич. И вдруг увидела промелькнувшие в памяти картинки — с Сергеем здоровались сотрудники санатория, причём чаще всего первыми и так… почтительно!
Сергей Витальевич.
Неужели это и есть… хозяин?
Хозяин, которого не было в его доме, сколько бы девушки-охотницы не сторожили его. Потому что он отчего-то торчал на месте администратора корпуса с сиреневыми стенами. На вид ему не больше тридцати, да ещё и с такими внешними данными! Сергей Витальевич. Хозяин?
Они повернули налево, и, пройдя совсем немного, ещё раз налево.
Господи, и зачем ему она — тётка тридцатипятилетняя?
«Вера! — тут же одёрнула она себя. — У вас простое общение. Помнишь, Виктор тоже с тобой любил поговорить, обсудить дела. Виктор говорил, что это счастье, когда женщина создана не только для любви. Вот и… Сергей Витальевич тоже нашёл себе собеседницу. Он здесь сидит безвылазно, отбивается от спятивших девок, а тут представился случай! С ним же интересно! Вот и славно, пообщайся! А тем более, что волноваться — всё, отвечающее за любовь, в тебе умерло, атрофировалось! Постарались близкие люди!»
Сергей попытался предложить руку, потому что им предстоял спуск. Но Вера отказалась.
«Атрофировано… Ну и ладно! Ну и ладно, хоть эстетическое удовольствие получила, глядя на такого прекрасного принца, Сергея Витальевича…»
Они шли по лесистому склону холма — совершенно волшебное место, будто и не ходил здесь никто и никогда, в такой красоте могли обитать только эльфы.
И вот они пришли — деревья расступились, образуя небольшую полянку, усеянную незабудками. Из склона холма бил родник, а русло вытекающей воды было уложено плоскими камешками.
Вера так и замерла, глядя на это волшебство. А Сергей с удовольствием наблюдал за её реакцией — вот она, женщина, способная оценить прекрасное.
Они устроились в траве и долго молчали, глядя на эту трогательную красоту и слушая щебетанье родника и шум высокой листвы.
— И как только сохранилось такое? — Вера посмотрела на Сергея. — А камешками вы след родника выложили?
— След родника, — Сергей будто попробовал на вкус её сравнение. — Я.
— Замечательно…
Они говорили долго-долго. Обо всём. И ни о чём личном. Иногда смеялись до слёз. Временами подолгу сидели в тишине — создавалось ощущение, что они понимают молчание друг друга. И удивлялись, насколько много у них точек соприкосновения, будто это единое существо мыслит, а не мужчина и женщина.
Опомнились, что потрачено много времени, когда начало смеркаться.
— Ужин я прошлёпала, — улыбнулась Вера.
— Ничего! Нас покормят! — Сергей поднялся и подал ей руку.
Рука его была большой, теплой, сильной и уютной. Вера с удовольствием приняла помощь и поднялась с личного травяного коврика.
— Сейчас всё будет, да? — вспомнила она его слова.
— Конечно. Пойдём!
Они перешли на «ты» сами не заметив, когда.
Воздух будто сгущался. И от этого всё, произошедшее недавно, — и полянка с незабудками и родником, и это их нереальное взаимопонимание — показалось вымышленным, будто кусок какого-то красивого романа.
— В общем-то я спокойно и без ужина обойдусь, — Вере не очень хотелось красоваться в столовой возле Сергея.
— Лучше поужинать. Мы аппетит-то нагуляли!
— Ну да…
— Пойдём! Ну что тут такого!
Действительно, ничего! Всего лишь несколько осторожных, но любопытных взглядов официантки.
А ужин подали какой-то необыкновенно вкусный! Действительно, аппетит нагуляли! И за ужином обсуждали дятла, который деловито обследовал деревья, обступившие полянку. Как он скакал и кружился, потом принялся обстукивать старую сосну. А после незаметно исчез, почувствовав приближающиеся сумерки. Задолго до того, как наступивший вечер заметили Сергей и Вера.
— Спасибо. Я пойду, — интонации Веры дали ему понять, что провожать её не надо, хоть им и по пути.
Сама же, не чуя под собой ног, добежала до корпуса. Вера не помнила, ощущала ли когда-нибудь такую лёгкость. Наверное, нет.
Взяв ключ от своего номера, она почувствовала, как неистово бьётся сердце — что! что! что делать?!
Вера присела на кровать, как только очутилась в своём укрытии за красивой дверью.
— Ничего не делать! Вы просто с удовольствием общаетесь, хороший собеседник — это много значит! — на глаза Веры вдруг навернулись слёзы: — Вот Наташка моя уехала…
Наташка бы сейчас её встряхнула. Она бы ей сказала, что думает о последних неделях её жизни! Наташка бы ей разъяснила, что значит такое общение!
В дверь постучали, и Вера вздрогнула.
На пороге стоял Сергей.
— Книга твоя.
Ну да, электронную книгу она не осмелилась попросить у женщины, выдавшей ей ключ.
Сергей сделал шаг вперёд. И Вера отступила, позволяя ему войти.
«Господи, ну зачем он так смотрит на меня! У нас же абсурдная ситуация!»
— Сереж, я уже взрослая, а…
— Я тоже взрослый, — перебил он её.
Он взял её руку — красивую, с длинными, нежными, тонкими, музыкальными пальцами — и обхватил своими ладонями.
