— Мы это уже обсудили, — сказала она, — раз этот доктор Шварц до сих пор жив, и его не убили те, чью тайну он знает, значит, у него есть средства воздействия, а я не хочу быть ничьей марионеткой, и, кстати, твоей в том числе. Лучше я умру.
— Ты умрёшь, — пообещал Павел, — это обязательная часть программы. Но у тебя ещё есть возможность встать и уйти, я делаю это в первый раз, если не считать моего собственного, если что-то пойдёт не так, попытаюсь тебя стабилизировать, и уж точно тогда позову доктора Шварца. Но риск всё равно есть, и очень существенный. Честно скажу, второй раз повторять собственный опыт я бы не решился.
Розмари упрямо сжала губы. По трубочкам побежали разноцветные жидкости, они впрыскивались в кровь, промелькнула мысль, что из-за дурацкого упрямства она помрёт в подвале дома в джунглях на руках у мага-недоучки вместо того, чтобы сделать это в лучшей клинике Параизу. А потом ей стало не до сомнений.
Через шестьдесят часов девушка настолько привыкла к боли, что её отсутствие показалось неожиданным. Всё это время она провела в сознании, правда, временами ей казалось, что рядом с коконом сидит огромная чёрная кошка, и смотрит ей в глаза, положив лапу на голый живот. И что в моменты, когда она, Розмари, почти уходит за грань, с когтей этой кошки слетают искорки, которые возвращают её обратно. И ещё эта кошка лизнула её по щеке своим огромным шершавым, словно грубая наждачка, языком
Девушка приподнялась, села в коконе, обхватив колени руками, её слегка знобило, но состояние, на удивление, было стабильным. Она скользнула внутренним взглядом по собственному организму, органы быстро восстанавливались после каких-то фатальных повреждений, особенно пострадала селезёнка, её словно собирали по кусочкам. Естественно, никакой чёрной пантеры в комнате не было, она провела ладонью по лицу, потом посмотрела на живот, но никаких кровавых полос от когтей там не обнаружила. Браслет лежал на тумбочке возле кокона, Рози привычно нацепила его на левую кисть, потрясла, пытаясь почувствовать, что в ней теперь не так.
— Я приходил в себя примерно неделю, — раздался голос Павла, тот сидел на полу в углу и что-то чиркал на планшете, — но потом всё наладилось. Ты отлично восстанавливаешься, полчаса назад страшно было смотреть, а теперь снова красавица, каких поискать.
— А приступы? — спросила девушка.
— Не думаю, что они вернутся. Когда ты первый раз померла… Извини.
— Ничего.
— Так вот, из тебя какая-то серая дрянь вылезла, шарик чуть больше икринки, но она была везде. Эта штука словно отражала поле, так что потом пошло легче. По составу похожа на то, из чего делают блокираторы, думаю, ты её в лаборатории заполучила, помнишь, которую взорвали.
— Ага, — Розмари рассеянно кивнула, — значит, теперь всё в порядке.
— Скорее всего, да. Так что восстанавливайся, а потом займёмся делами, если захочешь, конечно. У нас есть два браслета, и два пропавших мага, Геллер выяснил, что у коммуны из Акапулько есть ещё собственность, возможно, это не один объект, а целая сеть. В вашем архиве наверняка есть данные.
Розмари спрыгнула на пол, потянулась, ощущая в теле лёгкость и какую-то новую внутреннюю силу.
— Я займусь, — сказала она, разглядывая на ладони крохотный светящийся шарик, — потому что это моя работа разбираться со всякой сволочью. Плохо, что мы пока ничего не узнали, кроме имён, но когда я оклемаюсь, то пойду прямо к Мойре Хоук, пусть только попробует снова от меня отделаться.
— Не делай ничего без меня, — предупредил Павел, — и дом мне не сожги. К новым способностям надо привыкнуть. Я вернусь через несколько дней.
— Эй, — девушка внезапно вспомнила, — ты что-то говорил о своём друге, Люцифере, который тебе помогал. Так ты нас познакомишь?
— Обязательно, — пообещал Веласкес, — чуть позже, наверное.
Молодой человек выехал из гаражных ворот, и направился по грунтовой дороге к шоссе. Взрыв на похоронах в Ньюпорте до сих пор не исчез из новостей, ведущие выдвигали версии одна бредовее другой. Павлу было достаточно безголового тела Пельтцера и кадров с раненой Фран Лемански, чтобы представить примерно, что случилось. Мероприятие «Ньюс» оказалось всего лишь декорацией для совсем другой игры. Если Фран не убила Пельтцера, то это наверняка сделал таинственный наниматель. У Норы Суарес наверняка было полно забот, помимо Веласкеса, так что Лив снова сидела в офисе и принимала заказы от редких клиентов.
Вчера она встретила на улице возле офиса сестру Насти, та словно поджидала кого-то.
— Эта красотка почему-то ищет вас, — заявила Борхес, — расспрашивала, где можно найти, и когда вы появитесь. Я горжусь вами, босс, в старости, когда меня спросят, как прошла моя жизнь, я отвечу, что жила в тени ваших любовных побед.
Неожиданное появление Люси озадачивало, он хотел было связаться с Настей, и всё выяснить, но потом решил, что сам разберётся.
