— Хорошо, не буду выпытывать детали, уверен, вы и сами отлично справляетесь. Итак, — Патрик прижал столешницу ладонями, — у нас, точнее — у вас шесть жертв, все — маги, у всех тяжёлые ранения, с которыми обычный человек не выживает, если ему немедленно не оказать помощь, но эти люди остались живы, потому что исполнители сняли с них блокираторы. Значит, заказчик убийств хочет нам что-то сказать. Что? Это важно. Мотив. Не убивали же их только за то, что жертвы — конченные выродки из преступной среды.
— Мы предполагаем, — фон Зюдов переглянулся с Дюпаи, — что моральная составляющая — не главная. Всё это как-то связано с проблемой контроля, возможно, из-за того мага, который слетел с катушек в прошлом году. Но вам в Службе лучше знать.
— Предполагаю, полиция прибывает на место преступления через десять-пятнадцать минут, не раньше?
Патрик посмотрел на Диану, та кивнула.
— Если бы эспер находился в сознании, он мог бы сопротивляться, хоть и с большим трудом, — продолжил он. — Но блокиратор сначала надет, и все силы уходят на то, чтобы не умереть, из-за этого отключается сознание, а потом браслет снимают, организм получает доступ к излучению, или как это называется, начинает восстанавливать повреждения, игнорируя другие факторы и впитывая в себя излучение по максимуму. Как мне объяснили, маг необратимо переступает грань уже через несколько минут. С Феликсом Орловым такая же ситуация, в обозримом будущем он не сможет себя контролировать, а значит, никогда не выйдет на свободу. У нас теперь шесть потенциальных безумных магов, и неизвестно, сколько ещё на подходе. Диана, ты сказала, что получаешь монеты каждый понедельник, в этот раз что-то было?
Диана покачала головой.
— Ничего, — сказала она, — возможно, организатор решил сделать перерыв. Или на Орлове остановился.
— Никаких идей?
— Нет. Патрик, нам нечего скрывать. Все материалы, включая прогнозирование, получишь сегодня до начала последней трети, мы ждём только полицейский отчёт. С Орловым была Тереза Симмонс, репортёр из «Ньюс», она получила пулю в ногу, её прооперировали, и сегодня днём полиция сможет её допросить. Посмотрим, что из этого получится, у репортёров отличные адвокаты.
— При необходимости у нас есть кое-что, чтобы этих адвокатов приструнить. Вы уверены, что Симмонс не была настоящей целью?
— Нет, — Диана поморщилась, — она, конечно, стерва, и половина Острова желает её убить, но от слов до дела, сам знаешь, какое расстояние. К тому же убийца был возле яхты, захотел бы — прикончил Симмонс, но делать этого не стал, наоборот, аптечку ей на шею нацепил, и приложил пластырь к ране.
— Зато у нас есть очередной свидетель, — фон Зюдов подмигнул Кавендишу, — который не только видел преступление, но и сделал запись, причём лицензированной камерой. Я думаю, и ты, Диана, и Марк, и тем более ты, Патрик, отлично знаете этого парня, его зовут Веласкес. Павел Веласкес. Тот самый, что застрелил убийцу год назад на площади Сервантеса, а потом отличился сами знаете где. Вчера он плавал неподалёку на яхте вместе с Розмари Суон, везучий сукин сын.
В вечер первого дня года желающих добровольно сидеть в изолированном помещении было хоть отбавляй. Рождественские праздники закончились, воскресенье нового года тоже, сутки, проведённые возле портального круга, хорошо оплачивались. Прошло четырнадцать месяцев с того дня, когда в Портале начали пропадать предметы, до этого хватало одного дежурного, но с тех пор в изолированной комнате стояли три кресла.
В двадцать часов первого января 336-го года от Разделения рабочие места заняли капитан Вайс из Первого отдела и второй лейтенант Шварц из медицинской службы. Фамилии контрастировали с внешностью, Изабель Шварц была высокой сероглазой блондинкой, а Жан Вайс — кареглазым брюнетом. Компанию им составила Розмари Суон из канцелярии. Поучаствовать в расследовании взрыва яхты ей не дали, наоборот, из штаба пришёл приказ не вмешиваться, так что настроение у лейтенанта Суон поначалу было паршивое. Но в комнату, где находился портальный камень, она попала в первый раз, и любопытство постепенно одерживало верх. Розмари тормошила Вайса, который сюда чуть ли не как на работу ходил — минимум раз двадцать в год.
Всё, что клали на каменную поверхность Портала, раз в десять часов исчезало бесследно, словно кто-то на той стороне собирал сувениры из другого мира. Комнату, где находился каменный круг, окружили оболочкой с изолирующими и защитными слоями, на плиту смотрели излучатели и пулемёты, десятки камер следили за каждой пылинкой, а количество датчиков, сенсоров и считывателей приближалось к тысяче. Ни один атом не мог пролететь незамеченным, каждый фотон получал свой номер и регистрировался. Капелька пота, упавшая с носа Вайса на салфетку, была зафиксирована, проанализирована и занесена в архив. Её химический состав расшифровали почти мгновенно, и никаких несоответствий не нашли.
