В этой короткой записке представляют интерес несколько моментов. Прежде всего, не только сложности, возникшие при комплектовании делегации на международную конференцию, сколько выдвижение плана объединения республик с РСФСР на началах автономии. При этом в небольшой записке термин
Проект Чичерина, в случае его принятия, Раковский оценивает как «величайшую политическую ошибку».[181] Раковский выступал против прямого подчинения иностранной политики советских республик Наркоминделу РСФСР, поскольку это является отменой существующих договоров между РСФСР и союзными республиками и идет вразрез с советской политикой по национальному вопросу. Более того, Раковский даже писал, что «на самом деле проект Чичерина формально упраздняет независимые советские республики». При этом Раковский, отнюдь, не отвергал необходимости явиться на Генуэзскую конференцию единой делегаций и, вообще, ратовал за единую иностранную политику советских республик.[182]
В тот же самый день 28 января 1922 г. Чичерин сообщает об этом письме Сталину, подчеркивая сложность вопроса и необходимость его скорейшего решения, «так как было бы империализмом подчинить братские наркоминделы российскому наркоминделу вместо того, чтобы поставить во главе всех настоящий федеральный наркоминдел».[183] Эта история в связи с подготовкой к международной конференции была не единственной неувязкой в области внешнеполитических дел. 16 марта Чичерин был вынужден обратиться в Политбюро ЦК РКП (б) с письмом, в котором писал о выявившихся разногласиям между Коллегией НКИД и Раковским в связи с назначением украинским правительством отдельной миссии в прибалтийские государства. Члены этой миссии, по словам Чичерина прибыли в Ковно, Ригу и Ревель «даже без предварительного уведомления НКИД РСФСР и ведут там сепаратную политику помимо представительств РСФСР».[184]
Чичерин выступал против параллельного существования представительств России и Украины, боле того, называл его вредным и подчеркивал попытки западных представительств идти по пути стравливания РСФСР и окраинных государств и разрушать единый советский фронт. Чичерин при этом передавал мнение Раковского, который якобы считал необходимым идти навстречу национально-демократической стихии, чрезвычайно сильной в окраинных государствах. По словам Чичерина Раковский выступал против урезывания государственного существования Украины, поскольку противники Советской власти получат в таком случае материал для агитации против ее и «будут возбуждать национально-демократическую стихию против Советской России». Сам Чичерин ратовал за укрепление единого советского фронта.[185]
В ответ на обращение Чичерина Политбюро ЦК РКП (б) принимает специальное постановление от 27 апреля 1922 г., где еще раз подтверждает свое решение о порядке заключения договоров советскими республиками от 8 декабря 1921 и вновь постановляет, что никакие самостоятельные переговоры советских республик с иностранными государствами не должны вестись без предварительного согласования с НКИД РСФСР или с ЦК РКП. Более того, в этом постановлении даже предлагалось предать виновных партийному суду. Так на практике осуществлялась руководящая роль компартии в межреспубликанских взаимоотношениях. Интересно, что 4 мая 1922 г. по просьбе М. В. Фрунзе Политбюро снова вернулось к этому вопросу, но оставило в силе свое прежнее решение.[186]
