– Хм, предполагается, что от этого нам должно стать легче? Ее позаимствовали? Зачем?
Люс вгляделась в лицо Франчески – но увидела в нем только абсолютное спокойствие. Но вот в голубых глазах что-то дрогнуло: они сузились, затем расширились, и от учительницы к девочке устремилась безмолвная просьба не озвучивать свои подозрения при Майлзе или Шелби. Люс не знала причин, но доверилась женщине.
– Мы со Стивеном ожидали, что остальные будут изрядно перепуганы, – продолжала учительница, обводя взглядом ребят в комнате. – На сегодня занятия отменяются, и мы будем в своих кабинетах на случай, если вам вдруг захочется зайти и побеседовать.
Она улыбнулась в обычной ослепительной ангельской манере, развернулась на высоких каблуках и, цокая ими, двинулась дальше по коридору.
Шелби вскочила и захлопнула дверь за Франческой.
– Вы слышали, что она сказала? «Позаимствовали»! И это о человеке! Заря что, библиотечная книга? – возмутилась она, стискивая кулаки. – Нам стоит чем-нибудь заняться, чтобы отвлечься. То есть я рада, что Заря в безопасности, и доверяю Стивену – наверное, – но мне все еще страшно.
– Ты права, – согласилась Люс, покосившись на Майлза. – Попробуем отвлечься. Можем пойти пройтись…
– Слишком опасно.
Взгляд Шелби метался по сторонам.
– Или посмотреть кино…
– Слишком бездеятельно. Мысли начнут расползаться.
– Эдди что-то говорил о футбольном матче в обеденный перерыв, – вмешался Майлз.
Шелби выразительно постучала себе по лбу.
– Тебе что, напомнить, что я по уши сыта парнями из Прибрежной?
– Настольные игры…
И тут глаза Шелби загорелись.
– Как насчет игры в жизнь? Скажем… в твои прошлые жизни? Можем снова заняться выслеживанием твоих родственников. Я тебе помогу.
Люс закусила нижнюю губу. Проникновение в давешнего вестника всерьез пошатнуло ее душевное равновесие. Она все еще была сбита с толку, измучена эмоционально, и это пока даже не касалось ее отношения к Дэниелу.
– Ну, не знаю… – протянула она.
– Ты имеешь в виду, продолжить то, чем она занималась вчера? – уточнил Майлз.
Шелби покрутила головой, разминая шею, и гневно уставилась на мальчика.
– Ты все еще здесь?
Майлз подхватил свалившуюся на пол подушку и швырнул в Шелби. Девочка отбила «снаряд» обратно, похоже, сама впечатлившись собственной скоростью реакции.
– Ладно. Майлз может остаться. Талисман лишним не будет. К тому же нам может пригодиться кто- нибудь, кого можно толкнуть под автобус. Верно, Люс?
Люс прикрыла глаза. Да, ей до смерти хотелось побольше узнать о своем прошлом, но что, если это окажется так же трудно проглотить, как и вчерашнюю порцию? Даже с Майлзом и Шелби рядом ей было страшно пробовать снова.
Но затем ей вспомнился тот день, когда Франческа со Стивеном перед всем классом заглядывали в вестника из Содома и Гоморры. Потом остальные ученики дрожали, а Люс все думала: видели они эту жуткую сцену или нет, не имеет ни малейшего значения – это все равно уже произошло. Совсем как ее прошлое.
Ради всех прежних себя Люс не могла отступиться теперь.
– Давайте сделаем это, – сказала она друзьям.
Майлз дал девочкам пару минут на переодевание, и они снова встретились в коридоре. Но затем Шелби отказалась идти в лес, где Люс призывала вестников.
– И не надо на меня так смотреть. Зарю только что похитили, а в чаще темно и жутко. Знаете ли, мне вовсе не хочется оказаться следующей.
Тогда Майлз заявил, что Люс полезно потренироваться в призыве вестников где-нибудь еще, скажем, в комнате общежития.
– Только свистни, и пусть они прибегут, – предложил он. – Преврати вестников в своих собак. Ты же сама этого хочешь.
– Но я не хочу, чтобы они начали тут крутиться, – возразила Шелби, обернувшись к Люс. – Не прими на свой счет, но девушки любят уединение.
Люс это вовсе не задело. Вестники не переставали преследовать ее, вне зависимости от того, призывала она их или нет. И ей не больше, чем Шелби, хотелось видеть этих незваных гостей в своей комнате.
– Главное в обращении с вестниками – продемонстрировать власть. Это как дрессировать щенка. Нужно просто дать ему понять, кто здесь главный.
Люс склонила голову набок.
– С каких это пор ты знаешь столько всего полезного насчет вестников?
Майлз залился краской.
– Может, я и не всегда прилежен на занятиях, но кое на что все же способен.
– Так что? Ей нужно просто стоять и звать? – спросила Шелби.
Люс встала посреди комнаты на соседский радужный коврик для йоги и припомнила наставления Стивена.
– Давайте откроем окно, – попросила она.
Шелби вскочила и подняла раму широкого окна, впустив в комнату порыв свежего морского воздуха.
– Отличная мысль. Так гостеприимнее.
– И холоднее, – добавил Майлз, натягивая на голову капюшон толстовки.
Затем они оба уселись на кровати, глядя на Люс так, будто она была актрисой на сцене.
