Через минуту я уже набрал номер Максима и завороженно вглядывался в экран. Десяток не принятых звонков и ни одного ответа.
- Макс, пожалуйста, возьми трубку, – вслух колдовал я над телефоном, но все было тщетно. Хоть бы с ним ничего не случилось, хоть бы Мел не успела добраться до него. Не в силах больше сидеть сложа руки, я накинул куртку, схватил с тумбочки ключи от машины и выбежал на улицу.
Сев в машину, я направился к месту, где жил Макс. Хоть бы Мел блефовала, хоть бы с ним все было в порядке.
Скорость для подобной дороги была приличной, но я не опасался вылететь с трассы. В такое время шоссе уже было пустынным, а потенциальных самоубийц, любящих прокатиться с ветерком, не так много набралось бы на этом свете. Несколько минут я жил только ветром и скоростью. Проливной ливень пел вокруг мелодию осени, обволакивая машину, заливая лобовое стекло и подталкивал меня к безрассудству. Быстрее. Еще быстрее… Слишком мало времени, а минуты длятся целую вечность.
Максим
Только одна мысль о том, что завтра понедельник и я увижу Влада, приводила меня в ужас. Сцена из ночной пятницы не выветривалась из памяти, как бы я не старался: я со спущенными штанами, с рукой Влада на моём члене, его взгляд, полный пренебрежения, и закрывающаяся дверь - всё это казалось каким-то кошмаром. Чувство глубочайшей депрессии подпитывал непрекращающийся проливной дождь, льющийся уже вторые сутки. Ни видеть, ни слышать я никого не хотел, поэтому мой телефон с самого утра стоял на вибрации. Вот уже целый час кто-то настойчиво пытался мне дозвониться. Потеряв последнюю каплю терпения, я взглянул на телефон: двадцать четыре пропущенных от Влада и пять от Ильи. Владу отвечать я не собирался, а вот Илье перезвонил.
- Привет! – сказал я, когда друг поднял трубку.
- Макс, привет! – голос Ильи был встревоженный. – Слушай, мне очень нужна твоя помощь! Друг, выручай!
- Что случилось? – интонация его голоса меня жутко перепугала. – С тобой все в порядке?
- Да, то есть нет! Макс, я буду ждать тебя возле Ахуны, через час. Приезжай скорее. Это очень срочно.
- Да, конечно, я буду. Я возьму машину отца. Как мне добраться? – в процессе разговора, я уже натягивал джинсы и толстовку.
- Едешь из Хосты в центр. При выезде из туннеля сразу же направо и вверх. По этой дороге все время прямо и мимо. Не проедешь.
- Вот это местечко ты выбрал для свидания, – пытался пошутить я, но вышло как-то уж больно печально.
- Я бы на твоем месте не шутил, Максим. – Илья тяжело выдохнул. – Жду тебя. Пока.
Минуту посидев в полной отключке, я пришёл к выводу, что что бы там не случилось у Ильи, это поможет мне отвлечься от мыслей о Владе.
Сердце моё снова было спокойно, почти холодно. Угли недавнего пожара смиренно тлели где-то в глубине души, и возвращение к прежнему безумству казалось слишком утомительным.
Уже на пути к выходу пришла смс от Влада: «Макс, умоляю тебя, возьми трубку. Это вопрос жизни и смерти». Я хмыкнул с некой обречённостью и, поразмыслив о жизни и смерти, написал ответ, который подсказала мне песня, так часто играющая в моём плейере: «Слышишь, иди к черту! Я не мертвый, я – живой!» Вот так.
Отец уже спал, я схватил ключи от машины из прихожей и пулей вылетел на улицу.
Капли тихо шелестели по разбитому асфальту и робко стучались в крышу серебристой «десятки». Окно машины было опущено. В руках горел красный огонёк сигареты, и слышалось тихое пение радио. Автомобиль стоял в переулке практически скрытый от глаз прохожих густым покрывалом позднего вечера и дождя. Сигарета дотлела до конца, и я выбросил её в темноту за окном. В голове вихрем кружились различные предположения, зачем друг позвал меня в такое жуткое место, да ещё и ночью, да ещё и в такую погоду. Телефон его был выключен, поэтому я просто сидел и ждал. Затянувшееся ожидание навевало мысли о братьях. Острота эмоций, испытываемых к Лукасу, сейчас перебивалась эмоциями к Владу. Я больше не чувствовал отвращения после случившегося, но это касалось только моих впечатлений. А в целом, воспоминания не покидали меня ни на секунду.
Снова и снова проигрывая в памяти события того вечера, я не раз приходил к выводу, что в произошедшем была и моя вина. Я часто вспоминал Влада. Вспоминал со странными чувствами, но без какой–либо ненависти. Несколько раз ловил себя на том, что хотел бы вновь услышать его голос. И я бы мог, если бы ответил хоть на один из его звонков, разрывающих мой телефон.
