Роман повествует о работе специальных агентов Отдела по борьбе с наркотиками. Сложная интрига, хитроумная оперативная комбинация, убийства, нравы представителей «высшего» света — вот фон, на котором разворачиваются события романа.Приперевозке в Нью-Йоркдля дачи показаний, заключенный Элвис Полк убивает двух полицейских. Детектив Джо Каллен идет по следу убийцы.
Дженни Свейл уже два раза ставила на магнитофон в кабине автомобиля «Зимнюю страну чудес» группы «Юритмикс» и перемотала пленку, чтобы поставить эту вещь опять. Она прекрасно знала, сколько времени будет перематываться пленка. Когда Дженни откинулась на сиденье, чтобы в третий раз насладиться песней, Элвис Полк выстрелил ей в голову.
Элвис никогда не слышал эту версию «Зимней страны чудес», но уже находился под влиянием этой вещи, и не из-за нее он выстрелил в Дженни. Многие чуваки считали, что Рождество не очень клевый праздник, но Элвису он нравился. Ему нравилась холодная погода и ранние сумерки, украшенные елки, горящие огнями, и все такое прочее. Рождество ассоциировалось у него со старыми фильмами и развлекательными телепрограммами, которые он обычно смотрел в этот день, не замечая, что на улице холодно и рано темнеет. Эти занятия также отвлекали его от мыслей о том, что у него никогда не было своей новогодней елки, горящей огнями. Не из-за Рождества он выстрелил в Дженни.
Дженни в общем даже нравилась Элвису. Она надела ему наручники таким образом, чтобы руки у него были впереди, а не за спиной, как прежде, когда они отъехали от тюрьмы, так что ему не пришлось сидеть на руках те долгие два часа, что они были в пути. Она купила ему ланч — ветчину со ржаным хлебом и кока-колу. Она разрешила ему быть в наручниках с руками не за спиной, а впереди, весь день. Он застрелил ее просто потому, что пришло время это сделать, да и место было подходящее. Вот Элвис и сделал дырку в голове Дженни, а потом выстрелил в лоб Лютеру Тодду, когда тот обернулся на звук выстрела, сделанного из небольшого револьвера 22-го калибра.
— Все в порядке, Лютер, — сказал Элвис. — Все в порядке, Дженни.
Элвис спрятал пистолет под куртку. Он скользнул по сиденью, охватил голову Лютера руками в наручниках и схватился за руль. Как раз вовремя, иначе машина врезалась бы в парапет. Большая нога Лютера, казавшаяся еще больше из-за кроссовок «Рибок», все еще выжимала газ, и от этого автомобиль марки «волар» набирал скорость. Для вашей информации: когда Лютер был живым, он никогда не превышал скорость, мертвый Лютер вовсю давил на педаль.
Элвис покачал Лютера из стороны в сторону, и кроссовка Лютера убралась с педали. «Волар» начал сбавлять скорость. В конце концов Элвису удалось остановить машину у края дороги. Он поднял руки над головой Лютера и опять скользнул по сиденью в сторону Дженни, у которой должен быть ключ от наручников.
Лютер упал на руль и нажал грудью на клаксон, до смерти испугав Элвиса.
Машин на дороге было совсем мало. Все спешили попасть домой до того, как начнет валить снег — ожидался снегопад, в результате которого снеговой покров мог достигнуть толщины от восьми дюймов до одного фута. По крайней мере, таков был прогноз погоды, который он слышал по радио, перед тем как Дженни спросила, не будут ли они возражать, если она выключит эту станцию ВИНС и поставит на магнитофон пленку с рождественскими песнями. Но Элвис родился под несчастливой звездой, и у него в жизни не было удачи, так что даже в этих изредка проезжающих мимо автомобилях мог оказаться какой-нибудь добрый самаритянин, который подумал бы, что кто-то сигналит с целью позвать на помощь, и тогда Элвису пришлось бы застрелить и этого самаритянина.
Элвис схватил Лютера за воротник куртки, оттащил его от клаксона и посадил так, чтобы он больше не падал. Он достал ключ из бокового кармана кожаной куртки Дженни и разомкнул свои наручники.
Он потер затекшие запястья, дотянулся до приборной доски, повернул ключ, выключив разом свет, мотор и музыку, которая его уже достала. Придя в себя и успокоившись, Элвис подумал о том, что надо бы отъехать куда-нибудь подальше от дороги и трахнуть Дженни. Плевать ему было, что она мертвая. Дженни вообще-то не была бабой во вкусе Элвиса — у нее маленькая грудь и тощий зад. Элвис любил, когда у женщины было за что подержаться. Но Дженни была единственной бабой у него под рукой в данный момент, пусть и не в его вкусе. Ему уже надоело трахать педиков в тюряге. В последний раз, еще на воле, он снял проститутку на Сороковой улице и отвез ее в мотель на Двенадцатой авеню. Мини-юбки тем летом опять начали входить в моду, и на шлюхе была такая юбчонка, что едва прикрывала ее трусики. А теперь, говорят, миниюбки вышли из моды и бабы носят платья до пят, а рожденный под несчастливой звездой Элвис Полк пропустил целый цикл смены стиля в одежде.
Беда, однако, была в том, что Элвис знал — он не сможет трахнуть Дженни при Лютере, пусть даже и мертвом. Это было бы нехорошо по отношению к Лютеру, и еще хуже просто выбросить его на мороз. Элвис полагал, что если бы он выкинул из машины Дженни и трахнул ее на морозе, то этим актом не оскорбил бы Лютера, но мог запросто отморозить свой собственный член.
