В остросюжетных детективных романах Джерри Остера сыщики с риском для жизни выходят на след опасных преступников, связанных с высшими эшелонами власти. Динамичность сюжета, живой язык нью-йоркских улиц не оставят читателя равнодушным.
Дайте огня.
Еще до того, как его мозг воспалился и он повредился в уме от наркотиков — «спалил свои мозги», идиот, как говорил этот пижон, которого показывали по телевизору, — Монро Риггс (друзья прозвали его Уорлд, но, «спалив мозги», он уже не мог сообразить почему) читал одно стихотворение о том, что мир кончится или в дыму и пламени, или все на земле покроется толстым слоем льда.
«Поэт спрашивает себя, что предпочтешь ему, — говорила им мисс Пауэлл, — я хочу спросить вас, что предпочли бы вы». Голос у мисс Пауэлл сильный и чистый, как у Тины Тернер. Она смотрит в книгу стихов, которую только что читала вслух, потом поднимает взгляд на учеников, чтобы посмотреть, слушают ли они ее или валяют дурака. Мальчишки тискают девчонок, играют с ножами, балуются с пистолетами. «Прекрасен лед, решил поэт, — говорит им мисс Пауэлл, — после того как поставил перед собой вопрос, что ему предпочесть, но лично он выбирает пламя». Она говорила эти слова своим чистым, сильным голосом с таким выражением и так смотрела на них, что они понимали: под пламенем она подразумевает секс.
«Спалив мозг», Уорлд уже не мог думать о поэзии. Но он вспомнил именно это стихотворение, когда увидел из окна своего дома, как горит здание, расположенное на другой стороне улицы. Оно называлось «Ралей», по имени какого-то мушкетера. Бедняги-жильцы умирали в дыму и пламени. Им уж точно не до секса было в ту минуту.
Они или умирали в огне и дыму пожара, или прыгали вниз из окон и разбивались.
Вот и сейчас кто-то прыгнул. Пожилая женщина… О черт!
А вот прыгнул парень… Кошмар, голова его раскололась, как арбуз.
А вот прыгает парочка — чувак и чувиха, крепко обнимая друг друга, как будто это играет какую-то роль. О Боже! Думали ли они о сексе? Нет, они ни о чем подобном и не помышляли.
А это что? Вы только посмотрите! Этот пижон считает, что если он будет держать над собою простыню, то плавно приземлится на ней, как на парашюте, и его голова не расколется, как арбуз. Ошибаешься, друг. Вот видишь…
«Но, весь горя желанием, прошу огня». Напрягая свой воспаленный мозг, он вспоминал это стихотворение: «Прекрасен лед, но, весь горя желанием, прошу огня». Что-то в этом роде. Смысл такой: я трахнул шлюху, и теперь мне лучше сгореть, чем замерзнуть и сдохнуть.
Скажи это вон той шлюхе, которая стоит на карнизе, мистер поэт, у нее горят волосы и платье, и…
О Боже…
Это ведь Джой.
Джой Гриффит.
Страховой агент Джой Гриффит, зачем же ты пришла страховать этих бедолаг из «Ралей»? Тебе нужно было прийти ко мне, потому что ты клевая телка. Ты такая свежая и наивная.
Была. Ее уже нет. О черт!
Вот еще один идиот спускается на парашюте. Этот держит над собой полотенце. Кретин.
А куда пропала Джой? Ее что-то не видно. Прыгнула вниз? Нет… Она внутри горящего дома? Черт! Побудь там еще немного, ты ведь так молода!
«Прекрасен лед, но, весь горя желанием, прошу огня». Отлично, мистер поэт, прочитай эти стихи Джой Гриффит. Ты идиот, мистер поэт, кретин.
Через некоторое время, когда ему надоедает смотреть на все это, Уорлд берет свою стеклянную трубочку с марихуаной и подкуривает. Поджаривает свои мозги. Окна закрыты, кондиционер работает вовсю, потому что жарко, как в пекле. Можно себе представить, какое пекло в том здании, где бушует пожар. Он включает телевизор, чтобы не слышать вой сирен и полицейских, переговаривающихся по рации, и пожарных, орущих этим бедолагам, чтобы они не прыгали из окон: к ним скоро придут на помощь. Он слушал, как Сэлли Джесси беседует с женщинами, утверждающими, что они якобы подвергались сексуальным домогательствам со стороны их лечащих врачей.
Когда Сэлли Джесси Раффи закончила свою беседу, Уорлд опять выглянул в окно и увидел, что бедолаги больше не выпрыгивают из горящего здания, внутри которого все еще, по-видимому, остается немало жильцов, хотя и меньше, чем раньше. Большинство любопытных, глазевших на пожар, уже разошлось — вероятнее всего, они отправились смотреть телепередачи «Подходящая цена», «Колесо фортуны» или «Герцоги из Хаззарда».
А в специальном выпуске новостей, последовавшем сразу же после программы с Сэлли Джесси Раффи, сообщалось, что в горящем здании «Ралей» уже погибло шестнадцать бедолаг и что пожар начался из-за неосторожного обращения с керосинкой или из-за того, что загорелась корзина с бумагами… В этом доме не было электричества, так как он пустовал около года, а эти, жившие в нем бедолаги, поселились там временно и без разрешения властей.
Накурившегося марихуаны Уорлда заинтересовал человек, стоящий на улице.
Он стоял в толпе зевак с того самого времени, когда подъехали первые пожарные и полицейские машины, и только однажды покинул свое место, сходив в закусочную на углу, чтобы купить себе пирожок. Его звали Бобби Либерти, и он был специалистом по поджогам, всегда имея при себе «факел»[1], как и та статуя в гавани,[2] в честь которой он получил свою кличку.
