Обреченные стать пеплом полностью

Обратив внимание на загар сестры, я вдруг задумалась над тем, где же она пропадала эти два месяца, и хотела уже заговорить с ней об этом, как вдруг до моих ушей донеслись первые ноты арфы. Я оглянулась. Гости начали присаживаться на свои места, и я вдруг увидела Нат. В компании своего брата, она стояла на краю красной ковровой дорожки, в свадебном платье цвета айвори невероятной красоты, длиной чуть выше колена. Наша огневолосая в буквальном смысле блистала.

Улыбнувшись, я опустилась на своё место рядом с Робом.

– Значит “лучший друг”, – неожиданно ухмыльнулся он, посмотрев на меня сверху вниз.

– Должен ведь быть в моей жизни хотя бы один, – в ответ улыбнулась ему я.

– А как же Нат?

– Она подруга, ты – друг. Различай, – стукнула своим плечом собеседника я, после чего мы оба захихикали.

Значит, он тоже почувствовал этот вес…

До сих пор я видела брата Нат, Джима, только на паре фотографий, которые огневолосая когда-то показывала мне. Я и тогда не могла не отметить схожесть между этими двумя, но вживую они и вовсе выглядели как две капли воды.

Наконец передав невесту жениху, Джим занял место на первом ряду рядом со своей женой и двумя дочерьми.

Церемония началась, и я вдруг осознала, что судорожно впиваюсь руками в подлокотники своего стула. До сих пор я не хотела этого признавать, хотя уже накануне и не могла отделаться от навязчивого страха, но в действительности я боялась того, что Дариан неожиданно решит ограничиться устным приглашением Нат и в итоге явится сегодня на свадьбу. От одной только мысли о том, что, возможно, он уже занял какое-нибудь место позади меня, заставляло меня дышать через раз. Даже тот факт, что перед выходом из дома я приняла успокоительное, сейчас меня совсем не спасал.

Из-за своего нервного напряжения я едва не прозевала момент, когда Байрон дал своё согласие на вопрос священника, после чего должна была подать свой голос Нат, однако Робин буквально расшатал меня за моё предплечье и, заглянув мне в глаза, спросил, всё ли у меня в порядке. Я, разумеется, солгала, прошептав, что, конечно же, всё в полном порядке, как вдруг сразу после моего шёпота толпа людей вокруг нас буквально взорвалась от аплодисментов, и племянницы Нат начали осыпать целующихся молодожёнов белоснежными лепестками цветов. По-видимому, Натаниэль Беннет дала Байрону О'Кконеллу своё согласие взять себе его фамилию и начать рожать от него детей…

В итоге весь день для меня прошёл в страхе перед призраком Дариана, который, к счастью, и что было совершенно очевидно с самого начала, так и не материализовался.

Нат познакомила меня с Джимом, его женой Эйприл, одиннадцатилетней Челси и десятилетней Джиной. Девочки были похожи больше на Эйприл, однако они обе унаследовали свои подбородки от отца, что автоматически подчёркивало их родство с Натаниэль, которая, казалось, души не чаяла в своих племянницах (в какой-то момент мне даже показалось, будто этим двум вертлявым девочкам невеста уделяет даже больше внимания, чем своему состоявшемуся мужу). Что касается Байрона, оказывается он ушёл с поста директора школы, вместе с собой прихватив и своего секретаря. С недавних пор Байрон и Нат с головой погрузились в родительский бизнес первого. После медового месяца на Бали они планировали вернуться в город и расширить дело: в придачу к родительской сувенирной лавке открыть цветочную и канцелярскую “точки” в уже выкупленных местах в новопостроенном супермаркете, открытие которого было запланировано уже на начало октября, а к концу года Байрон планировал открыть второй в нашем городе книжный магазин, и тем самым составить конкуренцию никудышной книжной лавке, которую в центре города держал старый скряга, цена на книги у которого была завышена вдвое, из-за чего жителям приходилось закупаться литературой в Лондоне или через интернет-ресурсы. В общем, у этих двух всё было “схвачено”, и это заставляло меня чувствовать ложное облегчение, будто “схвачено” всё было у меня, а не у них.

Я отдала деньги Нат, которые она одолжила мне в начале июля, положив их в поздравительный конверт, однако я сомневалась в том, что они ей были особенно необходимы. Что-то мне даже подсказывало, что у Байрона имеется дополнительный источник доходов, о котором я ничего не знаю, так что я не сомневалась в том, что отныне Нат не будет испытывать материальную нужду, какие бы ни были у нее феминистские взгляды на жизнь.