Обреченные стать пеплом полностью

Во вторник первого марта Робин, как и всегда, должен был находится в своём футбольном клубе, но тренировка и собрание спонсоров отменились ещё накануне, так как стадион неожиданно арендовало правительство для проведения какого-то важного матча, который необходимо было срочно перенести, из-за опасного обвала штукатурки на другом стадионе. Если только я всё правильно поняла…

В итоге мы с Робином решили провести этот день дома. Он, дожидаясь меня в гостиной, усердно ожидал, когда я закончу свою очередную преждевременную статью для журнала, я же как раз дописала, перепроверила и уже отправила статью своему редактору, когда в нашу дверь раздалось два непродолжительных звонка.

На пороге стояла молодая невзрачная женщина не старше тридцати лет, и в обеих руках она держала по детской ручной корзине-автокреслу, в каждой из которой лежало по спящему младенцу.

– Миссис Робинсон? – максимально неуверенным тоном обратилась ко мне незнакомка, и я вновь перевела на неё взгляд, до сих пор занятый спящими младенцами.

– Да, – сдвинула брови я, и попыталась быстро оценить, кто же передо мной стоит.

Крашеная шатенка с сильно отросшими чёрными корнями и секущимися концами волос, среднего роста, с невыразительными чертами лица и в слишком длинной накидке, по-видимому заменяющей ей пальто. Выглядела она достаточно уставшей, чтобы можно было с первого взгляда распознать в ней молодую мать даже без наличия детей в её руках. Все признаки материнства в буквальном смысле лежали у неё на лице.

– Я Шерри, – женщина, поставив одну из переносных колыбелей возле своих ног, протянула мне руку, но я всё ещё относилась с подозрением к нежданному гостю, поэтому пожала её не сразу. – Шерри Уолш. Подруга Флаффи Кэмбелл. Она когда-то была девушкой вашего мужа.

– Боюсь, Вы разыскиваете свою подругу не в том месте, – я невозмутимо скрестила руки на груди.

– Оу, нет, я вовсе её не разыскиваю… Более того, я знаю о её местоположении…

– Тогда я не понимаю, зачем Вы сюда пришли. Впрочем, может быть Вы пришли не ко мне и хотите поговорить с Робином? – прежде, чем я договорила, я поняла, какую хрень сморозила. Но о том, что я должна была хотя бы попытаться приревность Робина, я подумала уже после своих слов.

– Это вовсе необязательно… Я могу поговорить и с Вами. Дело в том, что Флаффи умерла, а это, – женщина приподняла очевидно тяжёлые корзинки в своих руках, – её дети, которые, скорее всего, являются детьми и Вашего мужа тоже.

Мои глаза были распахнуты так широко, что, кажется, я едва не ослепила ими свою собеседницу. Не убирая скрещённых рук с грудной клетки и вообще не производя ни единого телодвижения, я, спустя примерно полминуты абсолютной тишины, окликнула Робина громогласным: “Ро-о-об!.. Это к тебе!”.

Кажется мой голос ещё никогда не звучал так громко через только наполовину приоткрытый рот.

Скрестив руки на груди, мы с Робом стояли в полусогнутом состоянии над переносными колыбелями со спящими младенцами, и пялились на них так, будто они были гуманоидами, а не банальными представителями человеческой расы.

– Похожи? – спустя полминуты полушёпотом поинтересовался у меня Роб.

– Ну вот этот вот вроде как и похож, – ещё бóльшим шепотом ответила я, указав пальцем на ребёнка в левой колыбели. – В таком возрасте вообще сложно определить схожесть…

– Им ровно три месяца, – послышался женский голос за нашими спинами.

Разогнувшись, мы с Робом одновременно обернулись и посмотрели на гостью, стоящую в противоположном конце гостинной со стаканом воды в руках, который пятью минутами ранее вручила ей я.

– Они родились в ноябре? – поинтересовался Роб.

– Первого декабря, – ответила Шерри. Её пальцы так сильно сжимали наполовину опустевший стакан, что даже стоя в другом конце гостиной я видела, как они побелели. – Они родились на несколько недель раньше положенного срока, но такое бывает, когда женщина вынашивает больше одного ребёнка одновременно.

Робин сдвинул брови, явно начав мысленно подсчитывать сроки, которые, по моим личным подсчётам, совпадали едва ли не идеально: малыши родились приблизительно спустя восемь месяцев после его расставания с Флаффи. Плюс-минус несколько недель, так как я не знаю точную дату их разрыва и тем более не знаю, когда в последний раз они занимались сексом, не был ли бракованным в тот момент их презерватив и вообще пользовались ли они презервативами. Об этом мог знать только Роб.

Наконец, подумав немного, он вновь устремил свой сосредоточенный взгляд на Шерри:

– Флаффи изменила мне с другим мужчиной, из-за чего я и порвал отношения с ней. Вам должно быть это известно, ведь, как Вы утверждаете, Вы были её подругой. Исходя из этого и по срокам, которые очевидны, эти дети могут быть рождены и от другого мужчины, так почему же Вы пришли именно ко мне?

– Гарри Хоулмс уже полгода как проживает в США. Вы просто оказались ближе, – пожала плечами Шерри. – И, как мне кажется, минимум один из младенцев имеет схожесть именно с Вами.

– Это… – Робин хотел ещё раз посмотреть на детей, но передумал. – Мальчики?