Галька повторила объявление в субботнем номере. Денег на этот раз с нее не взяли, текст можно было дополнить или изменить, назначив встречу в более удобном месте, но Галька подумала, что Обреченный может прочесть старый номер газеты в подшивке, которые есть почти во всех библиотеках, и придет под мост. Тогда они не смогут встретиться. Ей даже в голову не приходило, что Обреченный может вообще не читать эту газету, как и многие другие.
Ей уже казалось, что водители автомобилей запомнили ее и тычут в ее сторону пальцами. Что на ее странное поведение обратила внимание милиция, и за ней теперь тайно следят. Ей казалось, что под мостом она провела полжизни, и каждая надпись на опоре и стене, каждая трещинка и грязное пятно уже были ей знакомы, до деталей изучены. Она не замечала того, что надежда встретиться здесь с Обреченным и вообще разыскать его в огромном городе медленно гаснет.
Всегда при неудачах у нее быстро портилось настроение и, как всегда, в этих неудачах она обвиняла только себя. Дурацкий, глупый текст, думала она. Проще и надежнее было бы оставить телефон редакции. И напомнить о себе следовало бы точнее: Крым, Камни, а потом уже Галька.
Пошел седьмой час, и Галька, ругая себя вслух, уже была готова на сегодня оставить свою вахту под мостом. Она не заметила, как со спины к ней быстро подошел плотный, коренастый парень в спортивной куртке, взял ее обеими руками за плечи и сказал в самое ухо:
— Галька, ку-ку!
Она едва не подпрыгнула от испуга и счастья, круто обернулась и в первое мгновение удивилась тому, как сильно изменился Обреченный. Лицо парня было знакомым до боли, он был из той же точки, откуда начали свою жизнь ее любовные переживания, он был где-то очень рядом, и все же это был не Обреченный.
— Ну что, въехала, наконец?
— Бор! — произнесла Галька и почувствовала, как тяжелеет ее лицо, как всю ее тянет вниз. Ноги едва держали ее.
— Узнала, — усмехнулся Бор, вставил в рот зажженную сигарету. — А я в газете твое объявление увидел, вот… — Он помахал перед ее лицом газетой, скрученной в трубочку. — Надо, думаю, повидаться со знакомой.
— Я Обреченного ждала, — Галька натянуто улыбнулась, посмотрела по сторонам, будто вслед за Бором должен был прийти Обреченный, и увидела недалеко темную фигуру. — А это кто?
— Это? — Бор обернулся. — Это мой приятель, Альгис. Он из Латвии. Преуспевающий бизнесмен, между прочим… Альгис, иди сюда! Знакомься, это моя подруга… э-э-э, а как тебя по-настоящему зовут? Нормальное имя у тебя какое?
— Галька, — ответила она. — Так меня и зовут.
— Галина, что ли?.. Никогда бы не подумал.
Несмотря на сумрак, Альгис был в черных очках. Он чавкал жвачкой и, стоя перед Галькой, почему-то все время покачивался с пяток на носки и обратно.
— Привет, симпатюля, — сказал он с легким, приятным акцентом. — Мне где-то кажется, что ты окоченела здесь. Так, да?
— Сейчас мы поедем к Альгису в офис, — сказал Бор, обнимая Гальку одной рукой. — Там чуток закусим, выпьем, согреемся, вспомним море и наш сладкий бережок. Не возражаешь?
Галька сделала шаг в сторону, высвобождаясь из-под тяжелой руки.
— Я очень рада видеть тебя, — ответила она. — Но поехать с вами не могу, у меня другие планы на сегодняшний вечер.
Альгис усмехнулся, глянул на Бора, пожал плечами и сказал:
— Наверное, ты был слишком самоуверенным, так, да?
Бор прижал руки к груди.
— Галина…
— Галька.
— Хорошо, Галька, я все понимаю, ты ждала Обреченного. Но как раз о нем я и хотел с тобой поговорить.
— Что о нем говорить, Бор? Я потеряла его. Боюсь, что навсегда.
— А я так не думаю. Могу помочь разыскать его.
Галька с недоверием смотрела на Бора.
— Ты знаешь, где он живет?
— Нет, но я знаю, где он работает.
Они смотрели друг на друга. Галька уже понимала, что эту информацию Бор выдаст ей лишь в качестве товара. А за товар надо платить.
— И что же, — тихо сказала она, и Бор едва ее расслышал. — Ты мне скажешь, где?
— Поехали, — сказал Альгис Бору с нетерпением. — На Тверской у нас не будет проблем. Я замерз и жрать хочу.
— Сейчас! — Бор снова повернулся к Гальке. — Ты понимаешь, в чем дело… Когда мы проводили тебя на автобус, Обреченный с Маслиной затеяли какую-то перепалку, и обоих загребли менты. Больше Обреченный на Камни не возвращался. А я там случайно нашел его удостоверение. Там место работы записано.
Промчавшаяся мимо машина едва не окатила их грязью, они успели отскочить к перекрытию.
— Послушай, что мы здесь как три тополя торчим! Пойдем хотя бы наверх, — раздраженно сказал Бор и взял Гальку за руку. Она подчинилась ему. Пока не поднялись на мост, они молчали. Альгис плелся за ними, с кислой физиономией пялясь на забрызганные колготки девушки.
— Значит, ты случайно нашел удостоверение, — напомнила Галька, — и случайно оставил его в офисе у своего приятеля?
У Альгиса лопнуло терпение. Он схватил Бора за руку и зло сказал:
— Ну что ты ее упрашиваешь? Пусть далеко уходит по своей дороге. Идем уже, лучше заплатить, но не уговаривать.
