Но мне не дал договорить голос сбоку. Мужчина, вероятно тот, что меня сбил, был одет в голубую куртку и темные штаны, он с ужасом смотрел на меня, но даже не прикоснулся. Поскольку Нолан смерил его своим гневным взглядом.
– Мисс, вы там резко появились, я отвлекся и даже не заметил вас. Простите, я могу вам хоть, чем-то помочь? – он пытался быть полезным и вероятно чувствовал себя виноватым, но это мне нужно было смотреть под ноги.
– Нет, мне не нужна ваша помощь.
– Милли, твоя бровь, – Нолан вновь напомнил, досадно оглядывая мое лицо и покачивая головой. Рот его заметно скривился, стоило лишь только заострить на ране внимание. – Давай, встаем и поедем в больницу.
– Нет, я не могу, – чуть не захныкала я, чтобы он дал мне еще время, прежде чем, я встану на коньки.
– Хорошо, ладно, успокойся, – его рука коснулась моей щеки и ласково погладила. Его взгляд резко переметнулся к моим ногам, и он начал, что-то предпринимать.
– Что, что ты делаешь? – изумленно уставилась я на него.
– Снимем твои коньки, думаю, сегодня ты больше на них не встанешь, – он рьяно расшнуровывал шнурки и стягивал коньки с моих ног. Вскоре я осталась в одних носках.
– Мисс, может я бы мог предложить вам подвезти вас до больницы? – мужчина все еще был рядом и протягивал мне мою потерянную шапку.
– Просто уходите, – огрызнулся Нолан. – Мы сами этим займемся.
– Все в порядке, думаю, рана не смертельна. И мы оба не смотрели куда направляемся. Идите, все будет хорошо, – добавила я, не желая его задерживать. В конце концов он был не виноват, это я образовалась на его пути.
Он оглядел меня последний раз взглядом полным сожаления и двинулся дальше.
– Милли, прости меня, – он поцеловал мои ладони. – Я должен был быть рядом.
– Нолан, перестань, ты не виноват. Что с девочкой? – спросила я.
– Она в порядке, её мама отвлеклась со своим бойфрендом. Она повредила колени, но кажется они тоже поехали в больницу. Теперь все будет хорошо, – он все ещё продолжал смотреть на меня глазами полными переживания, будто это не я упала, а он.
– Я тоже не должна была так поступать. Просто испугалась, что у вас произошло и поехала вперед…
– Понимаю, – он взял мои ступни в носках в свои руки, чтобы они не замерзли и спрятал в приоткрытой куртке. – Я так испугался. Увидел, тебя уже лежащую на льду.
– Могло быть и хуже. Думаю, я никогда не подружусь со льдом.
– Просто мне не стоило оставлять тебя.
– Так сложилась ситуация. Все в порядке, Нолан. Я тебя ни капли не виню. Все это последствия моей неосмотрительности и глупого любопытства.
Он фыркнул.
– Давай, поедем, пока ты не замерзла. Я напишу Келси и Грэгу по дороге.
Кивнув я осторожно постаралась встать и Нолан подхватил меня на руки.
– Господи, Нолан ты же на коньках, так я еще больше боюсь.
Он посмотрел вниз и поджав губы, томно выдохнул. Поставив меня, он быстро снял с себя коньки и вручил мне, вместе с моими.
– А вот теперь лучше? – он остался в одних носках.
– Ты же замерзнешь, – покачала головой я.
– Я же сноубордист, забыла? Мы носим утепленное термобелье и носки. А вот твои, мне не кажутся такими уж и теплыми.
Я закатила глаза, почувствовав, что капелька со лба капнула прямо на щёку. Нолан заметил это и стер её большим пальцем. Подхватив меня вновь, он направился в сторону выхода.
Вокруг так и проносились парочки, пожилые люди вместе с вероятно внуками. Все они со странной улыбкой посматривали на нас, пока не замечали мой расшибленный участок лица. Я лишь крепче держалась за парня и прикрыв глаза чувствовала, как саднила моя рана.
Я оглянулась через плечо Нолана, положив на него подбородок. Снег витал в воздухе. Огоньки красиво подсвечивали лед и влюбленные парочки крепко держась за руки кружили по нему. И мне вспомнился вечер:
Мы прокрались на закрытый каток, где после полуночи уже никого не было. Луна едва освещала ледовое покрытие, откидывая свои блики. И тусклый свет фонаря вдали, позволял, нам видеть очертания наших лиц. Сара с Эйданом дурачились, пока он не заметил скучающую в стороне меня. Парень вытащил меня на середину, хотя знал, что я дико боялась.
Но я позволила ему сделать это, ведь была на тысячу процентов уверена, что даже, если я упаду, он ляжет первым, позволив мне упасть на него. В этом и был весь Эйдан Харрис.
Мы осторожно передвигались, он, что-то рассказывал о технике фигурного катания, как мы замерли в мгновении, задорно смеясь. Черные глаза, что я могла видеть в отблеске лунного света, смотрели на меня столь пронзительно. Но я не могла отвернуться, не знала, где была Сара в тот момент. Я лишь не отрывалась от него. Его рука по-прежнему удерживала меня, за спину, совсем по-дружески, но другая, что держала мою вторую ладонь, чуть сжалась. Его пальцы слегка обвили мои и на наших губах застыла призрачная улыбка.
Мы так и остались там; стоять посередине катка, едва освещенном лунным светом. И это едва уловимое и, казалось бы, давно забытое воспоминание оставалось, пожалуй, самым важным.
