– Ох, я тоже рада познакомиться, – она наконец взяла пирог из его рук и пыталась тщательнее рассмотреть, но я чуть не усмехнулась. – Снимайте, же свою верхнюю одежду и проходите в гостиную.
– Неужели мы самые первые? – спросил Нолан, стягивая куртку.
– Да, но скоро прибудут и все остальные, – мама одарила его теплым взглядом и направилась на кухню. – Я должна посмотреть индейку, позже надеюсь у нас еще будет время поговорить.
– Нолан, ты не против, если я немного помогу маме? Мой отец в гостиной. Он не кусается, – я чуть поморщила нос на последних словах.
– Да, я думаю справлюсь, иди, конечно помоги.
Я надела теплые тапочки и прошла в кухню, где смешались самые разные запахи. Но запах запеченной индейки перебивал все остальное. Я плюхнулась на высокий стул за стойкой и оглядела столешницу.
– Тебе нужна моя помощь? – спросила я, пока мама крутилась у духовки, пытаясь достать индейку. – Давай я, – я соскочила и подлетела к ней, ухватившись за горячий край.
– Нет, Милли, я сама.
– Ах! – отозвалась я, когда сквозь полотенце обожгла палец.
– Милая! Ты в порядке? – мама тут же поставила индейку на стол и оглядела мою руку.
– Да ничего страшного, это лишь палец. Сейчас я его под холодную воду.
Мама досадно усмехнулась.
– Боюсь детка это не так работает. У меня есть мазь… – она заострила взгляд на лбу и её брови взмыли вверх. – Что это такое?
Вероятно, ранее она не заметила, потому что я старалась прикрывать его прядью волос. Приложив пальцы к лейкопластырю, чтобы мама его не приоткрыла.
– Ты поранилась? – она выглядел еще более встревоженно. – Дай посмотрю, – рука приблизилась, но я увернулась. – Это же почти рядом с виском!
– Я слегка ударилась об лед, – мои губы виновато сжались.
– Слегка? И как это вышло? Ты же не выходила на лед столько лет! О чем ты думала, Милли! О боже, а если бы ты получила сотрясение или еще, что хуже? – она изумленными глазами не отрывалась от меня. Мама всегда так пыталась опекать меня, боялась любого моего падения. Пожалуй, это от того, что уже потеряла одного ребёнка и за меня теперь боялась всей душой.
Я вижу по её стеклянным глазам, как волнение плещется в ней через край. И из мило добродушной мамочки, она превратилась в испуганную женщину, что вот-вот растрогается.
Моя ладонь легла на её щеку, такую теплую и мягкую. Глаза чуть покраснели, но она смогла сдержаться.
– Обещаю тебе, что отныне я буду очень осторожна. И не переживай так, прошу тебя. Это совсем не серьезно, просто небольшая ссадина, – я пыталась солгать ей, чтобы успокоить, но кажется тщетно. Вместо этого мама откинула полотенце из рук и крепко прижала меня к себе. Я чуть опешила, но положила ладони на её спину. Как же она вкусно пахла, так же, как и всегда. Как самое заветное в детстве печенье с шоколадом.
– Милли, – она взяла моё лицо в ладони. – Все, что я могу желать в этой жизни, это лишь, чтобы ты была жива и здорова. Ничего кроме тебя и твоего отца – сокровеннее у меня нет.
Я была тронута этими словами. Мы давно так не откровенничали. Мама всегда была сдержанной, но я знаю, что она таила самую глубокую боль в себе. Потеря ребенка, это навсегда самая больная тема для родителей. Но стоить отдать должное – мама казалась стойким солдатиком. Несла в себе тепло и счастье, улыбки и смех. Такой была моя мама.
Но по ночам её мучала боль, она настигала и заставляла врасплох. Первые дни, она ночевала в комнате Сары, спала на её подушках в объятиях жёлтого шарфа, который даже не смела стирать. Я до сих пор помню её истошные немые всхлипы в пол пятого утра, когда меня тоже мучала бессонница.
Постепенно папа выводил её из этого состояния. Он всегда был рядом, – крепкое плечо, на которое мама без сомнений могла опереться. Они выстояли это вдвоем. И стали моим примером.
Они доказали, что вместе можно выстоять даже перед самой страшной бурей, если, ты будешь чувствовать, что есть тот, кто разделяет твою боль. Твои самые темные дни и в то же время светлые.
– Я знаю, как сильно ты переживаешь…
– Нет, детка, – она медленно покачала головой, – ты даже не представляешь. Прости меня, дорогая, но, когда я вижу на тебя хоть малую ссадину, не могу перестать волноваться.
Я ощущаю, как её переживание за двоих переметнулось на меня.
– Знаю. Но это случайность, и больше не повторится, – я мягко улыбнулась, поцеловав её большой палец. – И мам, – я запнулась на секунду, когда её вопросительный взгляд заострился на мне. – Сегодня я так благодарна, что ты у меня есть, – я качнула плечами, будто от неловкости. Но она лишь улыбнулась.
– Я всегда буду благодарна этой жизни, что у меня такие девочки, – её рука прижала мою голову к себе и я почувствовала поцелуй на макушке. – Просто будь счастлива, дорогая.
– Я стараюсь, мам.
– Знаю. Этот парень тебе правда нравится? – она вернулась к прежним делам и вновь подхватила полотенце, все так же мягко сжимая её в руке, будто не она минуту назад отшвырнула его в сторону.
Я вовсе и забыла, что Нолан сейчас в гостиной с моим отцом. Надеюсь, он не сильно злится, что я оставила его так надолго, ведь выглядел он слегка напряженно.
