Обретенная любовь полностью

– Ха! Это все годы тренировок, господин директор! – отвечает Бен.

Отец вздыхает.

– Елена, твоя мама еще не спит, она хотела с тобой поговорить. Ну, а ты что же? Будешь спать у нас, или твоя учтивость безгранична?

Черт, об этом я не подумала. Бен на моих глазах расстраивается и начинает искать пути отступления.

– Да, ему совершенно некуда пойти. Так что я подумала, что…

И я замолкаю, потому что не знаю, как лучше закончить эту мысль.

– Серьезно? Ты когда-нибудь ночевал на улице? – интересуется папа.

– Нет. Я ведь всегда могу переночевать у какой-нибудь девушки, – отвечает Бен, а затем замолкает и в тишине отрицательно качает головой. – Да, звучит не очень правдоподобно… Бывало, что я спал на улице или во дворе, но это не…

– У нас есть отличная гостевая комната. И я всегда тебе рад. Еще мне кое-что нужно тебе показать. Понимаешь, как-то раз ты давал Тигу такую штуку…

Они вместе удаляются по коридору и исчезают под лестницей, оставив меня одну. Я закрываю дверь на ключ и поднимаюсь наверх. Я устала и не хочу говорить с мамой. Завтра помогу ей с рождественским ужином, так что мы сможем пообщаться.

После приятного душа я падаю в постель Тига. Весь его запах выветрился, и, как всегда, слезы подступают к горлу задолго до того, как приходит сон.

Я так долго не меняла постельное белье, что теперь в наших с Тигом комнатах царит жуткий беспорядок. Мама прибирает ванную комнату, Чеви пошел в гости к другу, а Бен с папой поехали за покупками.

– Елена, ты не говорила, что у тебя шампунь закончился, напиши отцу сообщение, чтобы он его тоже купил, – кричит мне мама.

– Хорошо!

Я хватаю свой мобильный, усаживаюсь на кровать Тига и, быстро набрав сообщение, отправляю его папе. Ну же, за дело…

– Сегодня вечером придет Натали с Лукасом и малышкой Норой, поможешь мне с готовкой?

«Нет, я не хочу!» – произношу я про себя, так и не ответив ничего вслух. У меня нет никакого желания готовить и вообще присутствовать на кухне. Я хватаю переполненную корзину для грязного белья и начинаю в ней рыться. С чего бы начать? С джинсов? Так, вот это джинсы Тига. Надо перестирать все его белье.

Я складываю одни его джинсы, затем вторые, остается только несколько футболок и два свитера. На одной из футболок красуется большая надпись: «Я – сирота и засранец». Я закрываю глаза, футболка выпадает из рук, а сами руки бессильно падают на колени. Мне даже того периода нашей жизни не хватает. Никогда не забуду то утро, когда он прижал меня к двери. Это было так жестко и устрашающе, но по сравнению с тем, что делал Джейсон за несколько месяцев до того, прикосновение Тига ни на секунду не показалось мне отвратительным. Я боялась, что он навредит мне, но в этом не было никакого извращения. Только злость…

– О, ты ее нашла. Получилось вывести? – вдруг спрашивает мама, резко возвращая меня в настоящее.

Она указывает на футболку.

– Нет, все на том же месте, – отвечаю я, демонстрируя надпись, с которой ничего не получается сделать.

Мама хмурится.

– Я до сих пор не понимаю, что тогда на тебя нашло, – вздыхает она.

– Я же тебе говорила, это не я!

Ее взгляд сразу смягчается.

– Точно. А кто тогда?

– Это Софи… Я ей говорила, что это плохая идея, но до нее так и не дошло. Тиг имел право злиться.

Мгновение мама рассматривает меня, а потом улыбается.

– К счастью, это не помешало произойти тому, что связало вас в итоге…

Я смеюсь, а мама присаживается рядом. Мы смотрим на футболку. Не такая уж она и уродская с этой надписью. В этом даже есть что-то стильное.

– Да, это нас даже сблизило и заставило Софи отступить.

– Грустно, когда рушится такая долгая дружба. Вы с Софи дружили со школы… Помню, как вы бегали и прыгали вместе по дому.

– Нет, для нее я всегда была толстушкой, которая оттеняла ее в глазах окружающих. Ну и вообще-то здорово дружить с дочкой директора, – объясняю я. – А потом появился Тиг, и она не смогла вынести того, что он…

…смотрел только на меня.

Не знаю, почему я не могу произнести это вслух. Мне немного стыдно чувствовать себя настолько исключительной для него. Такое ощущение, будто это нечто запретное. Я не привыкла, чтобы на меня кто-либо смотрел, забывая про все вокруг. Софи не постеснялась бы сказать это вслух, она так воспитана.

– Софи просто приревновала, потому что Тиган запал ей в душу. Неужели это действительно стоило того, чтобы терять дружбу?

Ради всего святого, мама совсем ничего не понимает?

Я отвечаю, отведя взгляд:

– Да! Сто раз стоило! Тиг прижал меня к двери за эту чертову футболку! У меня потом неделями синяки проходили, а она про меня всяких оскорблений понаписала на стене в туалете лицея, а потом еще в раздевалку меня отправила, прекрасно зная, что…

…ее кузен Джейсон меня там поджидал, как и раньше.