— Пожалуйста, не снимай, — мужчина перецеловал каждый пальчик на правой руке, надев аккуратное колечко с бриллиантом и изящное обручальное. А ведь до этого я уже получила в подарок подвеску-бегунок с бриллиантом.
— А что с предыдущими? — уточнила я, когда мы покидали ювелирный магазин.
— Ничего. Они оплавились. Забудь и не думай. Не хочу, чтобы ассоциировала себя с какой-то непонятной теткой и аварией, — нахмурился супруг.
Вернулись домой ближе к вечеру, нагруженные пакетами с едой. Антон сказал, что не намерен выходить из дома в ближайшие пару-тройку дней, а мне придется мириться с его обществом, заново знакомясь. Последние рассуждения вызвали лишь улыбку. За день в компании супруга я настолько пообвыклась с его обществом, что сейчас чувствовала себя довольно вольготно. Привыкнув к постоянным ласкам, объятиям и легким поцелуям, перестала вздрагивать от случайных касаний и ожидать какой-то подлости от этого мужчины. Не могла понять, что со мной происходит, но этот совместно проведенный день помог мне смириться и принять новую жизнь. Антон окончательно стал для меня близким и родным. Теперь ситуация воспринималась, словно с Антоном мы не расставались, а Семен казался чем-то иллюзорным, будто бы, вообще, не существующим.
Вечер прошел очень по-семейному. Мне очень хотелось чего-то особенного, и я попросила супруга разжечь камин. Открытый огонь привлекал меня. Мне нравилось следить за тем, как хищно он пожирает дрова. Нравился треск поленьев. На ужин я приготовила лазанью, рецепт которой нашла в интернете. Слушала рассказы мужа о нашей совместной жизни, о своем детстве и тихо млела в его объятиях. Было волшебно. Правда, мужчина не спешил переходить от невинных ласк к чем-то более серьезному. А мне признаться, хотелось именно этого. Попросить я не решилась, так и уснула в его объятиях.
Проснулась от того, что мне стало холодно. Мы сидели на чьих-то шкурах у камина, прямо на полу. Там же я и заснула. Антон переносить меня не стал, просто укрыл пледом. Огонь в камине давно погас, в доме было темно. А вот супруга рядом не было.
Было не только холодно, но и неуютно. Что-то такое заставило меня лишь плотнее укутаться в плед и сидеть тихо, как мышка. Мышка, которая боялась лишний раз пискнуть и пошевелиться.
Я уже почти успокоилась. Убедила себя, что в охраняемом элитном поселке, где супруг всех знает, бояться абсолютно нечего. Но все равно, какое-то внутреннее чувство, кажется, называемое интуицией, не давало до конца расслабиться. И как показало время, не зря…
Не знаю, сколько я так просидела. Десять минут или час, но неожиданно для себя услышала женский голос и вздрогнула:
— Зря ты вернулась, девочка, — на фоне огромных окон показался изящный женский силуэт. Весьма удивилась, ведь женщина была одета как-то слишком легко. А температура на улице была минусовой.
— Кто вы? — прятаться было бессмысленно. Слишком большое полупустое помещение. Со страхом и интересом оглядывала незнакомку. Очень напрягало то, что ее глаза светились. Буквально. Как-то раньше я не замечала подобного у других людей. Вообще, если признаться себе, то слишком много необъяснимого меня окружает. Что-то такое было в этом знакомое.
Но сосредоточиться и ухватить ускользающую мысль не успела. Внезапно входная дверь распахнулась и на пороге появились двое мужчин. Я не успела даже, как следует рассмотреть их силуэты, как один из них за считаные мгновения скрутил попытавшуюся сбежать женщину и потащил на выход.
— Все хорошо, Луна? — поинтересовался второй мужчина. Я сначала даже не сообразила, что обращаются ко мне. — Все хорошо, Аделаида Викторовна? — снова повторил свой вопрос незнакомец. Автоматически кивнула головой. Аделаида — это я. Только вот очень непривычно слышать свое полное имя. К Аде я уже более-менее успела привыкнуть. Зато сейчас узнала своё отчество. Кажется. — Антон Андреевич уже в курсе. Он скоро будет, — мужчина поклонился. Я обомлела. — Рад вашему возвращению, Луна!
Луна? Почему меня упорно называют Луна? Кто такая Луна? Что такое Луна?
Дверь медленно закрылась за ним. Я следила за этим, как зачарованная. Не знала, что делать. Не понимала, что это сейчас такое было.
Не сделать, не понять, впрочем, возможности у меня не представилось. Меньше чем через минуту дверь снова распахнулась, впуская вместе с морозным воздухом новое действующее лицо.
Антон не вошел, он просто вихрем ворвался в дом и сжал меня в объятиях:
— Ада, любимая, ты не пострадала? Очень перепугалась, девочка моя? Если бы я только знал. Я убью Алексея, обещаю. Голыми руками разорву за такую инициативность, — он что-то говорил еще, но я просто млела в объятиях супруга, согреваясь не только физически, но и морально. Не думала, что так можно привязаться к мужчине менее, чем за два дня. Видимо, я действительно сильно любила его и была с ним счастлива.
