Леди Розетта махнула рукой:
— Ах, о чем мечтают девушки? Бриллианты, платья, достойный супруг…
Неожиданно для себя я устремила на Баррингтона многозначительный взгляд и оборвала ее:
— Почему же? Достойного человека я уже нашла, замужество — вопрос времени. Бриллиантами и платьями Рой меня уже осыпал. А детские мечты остались в прошлом. Суровое настоящее заставило позабыть о них.
Баррингтон медленно растянул губы в усмешке и спросил:
— Тогда о чем же вы мечтаете, леди Суру?
— О справедливости, — отчеканила я. — Потому что настоящий шпион Сьезии продолжает топтать улицы этого города.
В комнате воцарилась гробовая тишина. Я слушала бешеный стук своего сердца и продолжала смотреть только на советника короля. Поверит или нет?
Теперь укоризненные взгляды Эттвуда и Руперта были устремлены на меня. Я осторожно убрала руки под стол. Но вместо того, чтобы нервно комкать платье, нашарила ладонь Роя и стиснула изо всех сил. С него станется устроить ссору. А судя по тому, что леди Розетта пригласила сюда именно Баррингтона, на его могущество она рассчитывала. И мне предстояло воспользоваться им.
Советник короля не торопился отвечать. Выражение его лица стало сложным, я не могла понять, верит он мне или нет. Баррингтон неспешно откинулся на спинку своего стула и сложил руки на животе. И только после этого медленно заговорил:
— Боюсь, что ваши нынешние мечты от реальности еще дальше, чем детские. Шпион Сьезии? Доказательства?
Я с горечью ответила:
— Если бы они у меня были, я бы сейчас сидела в жандармерии, а не здесь.
Баррингтон снисходительно улыбнулся:
— Леди, вы понимаете, как ваши заявления выглядят со стороны? Мы склонны оправдывать родных. Особенно родителей. Вы знаете, что часть высокородных Инрешвара считает и вас повинной в измене. Менталисты не смогли ничего доказать…
Я вскинула голову и заявила:
— Потому что я ничего не знала о планах отца. Но его и правда осудили незаслуженно.
Мой голос дрогнул, а Рой стиснул в ответ мою ладонь и заговорил:
— Правосудие Инрешвара…
— Работает на благо государства, — оборвал его Баррингтон. — Но если у вас есть какие-то сведения о шпионах Сьезии… Жандармерия будет вам благодарна.
Эттвуд привычным жестом почесал татуировку и осторожно произнес:
— Допустим, у нас есть сведения, что Сьезия готовит диверсию в городе.
Брови Баррингтона взлетели вверх:
— В Инрешваре? И откуда же у вас такие данные?
— Неважно, — ответила я вместо него. — Прямых доказательств у нас нет. Только косвенные.
Разговор пришлось прервать — слуги начали подавать обед. Это дало всем шанс поразмыслить. Какое-то время стучали ложки и вилки, а затем леди Розетта снова начала светский разговор. Остаток обеда прошел за обсуждением похождений Руперта в Эйенкадже, сплетен и моды Инрешвара… Я слушала вполуха и вяло ковырялась в тарелке. Есть в такой компании не хотелось. Я мысленно перебирала добытые нами сведения, пытаясь понять, что можно сообщить Баррингтону. Но интуиция подсказывала, что доверять советнику короля рано.
А еще я чувствовала раздражение Роя. Баррингтон снова улыбался и не скупился на комплименты — как мне, так и хозяйке дома. Каждый его жест, каждый взгляд выражал интерес. И показывал он его ровно на грани приличий. Так, чтобы у Роя не было повода придраться и вызвать его…
Из дома леди Розетты я вышла голодной и в смятении. Небо к этому моменту затянули тучи, накрапывал дождик. Огненные поморщились одновременно, а Руперт хихикнул. Трой сообщил:
— У меня сегодня встреча с информатором в жандармерии. Если будут новости, заглянем к вам. Вы же сегодня не в патруль?
Я рассеянно кивнула и вслед за Роем направилась к экипажу. Как только мы оказались внутри, я оказалась в его объятиях. Целовали на этот раз меня яростно, с каким-то отчаянием. Наконец, я смогла выдавить:
— Помнится, ночью ты укорял меня в ревности к Доннован, а сам?
Я почувствовала, как напряглись его руки, и напомнила:
— Баррингтон близок к королю и может помочь.
— А ты не думала о том, что он попросит взамен? — процедил Ару. — Сомневаюсь, что тебе он поможет по доброте душевной. Скорее уж в обмен на разрыв помолвки.
Я невольно прильнула к нему и укоризненно прошептала:
— Ты же знаешь, что я не соглашусь на это.
— Тогда не рассчитывай на него, — серьезно ответил Рой, заглядывая мне в глаза. — Мы должны сделать все сами.
Я вздохнула, признавая его правоту. А в следующий миг левое запястье пронзила резкая боль. Я судорожно вздохнула и отстранилась. Поспешно натянула рукав пальто, пытаясь спрятать расползающуюся по телу вместе с болью розово-голубую татуировку. Боль отступила всего на несколько мгновений, но я успела пробормотать:
— Почему так быстро? Как не вовремя…
Следующий приступ боли заставил меня зажмуриться. Когда я открыла глаза, то поняла, что Рой зовет меня и трясет за плечи:
— Ариенай! Ариенай! Что случилось?
— Все нормально, — пробормотала я, выпрямляясь на сидении.
После этого я осторожно сдвинула рукав и убедилась, что татуировка исчезла. Этот жест не укрылся от внимания Роя, и он повторил:
— Что случилось?
