Белые линии на коже моего жениха стремительно наливались алым цветом, превращаясь в адскую метку. Я накрыла их обеими ладонями и зашипела. Несмотря на ледяную магию, жар был невыносимым и утихал очень медленно.
— Рой! — крикнула я.
На несколько мгновений его взгляд стал осмысленным. Не переставая вливать магию в метку на его груди, я прошептала:
— У меня не хватит сил на все. Я уничтожу адскую метку. А ты… Ты должен сжечь все, что находится в этой комнате. Рой!
Сначала мне показалось, что он все-таки не слышит меня. Затем он склонился к моим губам и поцеловал также страстно как тогда, в самый первый раз, у Адских врат вне категорий. И только после этого взмахнул руками. Сгустки пламени упали на пол и унеслись куда-то мне за спину. Хотелось верить, что к артефактам. Я сосредоточилась на алом пятне на его груди. Жар уходил медленнее, чем мне хотелось. Но я продолжала вливать свою магию, стиснув зубы.
Ноги у нас подкосились одновременно. Мы осели на землю, тяжело дыша, Рой привлек меня к себе, а мои ослабевшие руки сползли с его груди. Глаза закрывались сами. Какое-то время мы сидели в тишине. Рой первым пошевелился и взмахнул рукой, создавая слабый магический светлячок. Я оглянулась и обозрела пещеру. Постамент оплавился до неузнаваемости. От камней ничего не осталось, даже праха. Затем я резко обернулась и посмотрела на дело рук своих. Рубашку Роя покрывал иней, лед хрустнул на воротнике, когда тот пошевелился. Но кожа на его груди была девственно чиста. На ней было ни одной линии. Ни алой, ни белой. Никакой.
Недоверие, с которым Рой коснулся груди, было высшей наградой для меня. Я выдохнула с облегчением и уткнулась ему в грудь. И только потом спросила:
— Все?
— Все, — дрогнувшим голосом сказал он. — Я ее не чувствую. Такого никогда не было. Ты…
Он не договорил, только молча прижал меня к себе, я чувствовал бешеный стук его сердца и его холодная кожа под щекой еще раз подтверждала — все. Адской метки больше нет.
Голос Роя вырвал меня из размышлений:
— Ты поняла, что это за дрянь была?
— Ты про артефакты? — пробормотала я. — Источник силы для защитного контура. Который Шендан хочет использовать не для защиты.
— Не только. С их помощью, похоже, можно открывать адские врата и управлять демонами. Я чувствовал, что если подойду чуть ближе — откроются врата. И если этот камень кто-то возьмет в руки — подчинюсь. Отвратительно!
Последнее он прорычал. Я скользнула рукой по его щеке и сказала:
— Мы сделали, это мы справились.
— Не совсем, — возразил Рой. — Похоже, у Шендана есть один камень. Ты видела пустое место? Не знаю, как он заполучил его. Возможно, выкрал еще в те времена, когда твой отец доверял ему. Это объясняет многое, что происходило в Эйенкадже. Включая нападение редкой твари в замке наместника. А остальные он пытается заменить прорехами. И у нас даже нет доказательств, что такое возможно… Я сжег их сам.
— И правильно, — возразила я. — Такая сила не нужна этому миру. Никому не нужна. Король, Баррингтон, кто угодно… Все захотят воспользоваться этим, а не уничтожить. Армия из демонов… Худшее, что можно представить.
Он прикрыл глаза, соглашаясь, а я продолжила:
— Но больше Шендану от меня ничего не нужно. Кажется, он понимал, что я вот-вот уничтожу артефакты. И теперь он попытается меня убить. Я слишком много знаю.
Но Рой только крепче прижал меня к себе и процедил:
— Пусть попробует. Мне есть чем ответить.
Я зябко повела плечами и вдруг осознала, что все еще практически обнажена. А мужчина рядом со мной тоже не совсем одет и достаточно пришел в себя, чтобы интересоваться моим телом…
Целоваться мы начали еще в лаборатории. Но мысль о том, что место не совсем подходящее, похоже, пришла нам обоим. Поэтому Рой на миг оторвался от моих губ, поднялся и подхватил меня на руки. Я обняла его в ответ, прильнула всем телом.
Каким-то чудом, не разрывая объятий и продолжая страстно целоваться, мы покинули лабораторию. Кожа горела после принятия родовой магии, а теперь еще и внутри меня разгорался новый пожар.
У берега пришлось немного прийти в себя. На выходе из озера нас встретила стена ледяного дождя. Словно сама природа желала немного охладить наш пыл и напомнить о приличиях. Рой нехотя опустил меня на землю и начал застегивать рубашку.
Влезть в мокрую одежду было тем еще испытанием. Но вернуться в таком виде в дом я не могла. Пытаясь просунуть руки в мокрые рукава, я наблюдала за тем, как Рой неспешно застегивает сюртук, и чувствовала растерянность. Холод снаружи совсем не помогал унять внутренний жар. Я знала чего хочу, но…
Как только Рой набросил пальто, я пошатнулась. Неумело и, наверное, слишком уж картинно. Но меня тут же подхватили на руки и понесли к дому. От нашей одежды шел пар, но это не помогало. Хляби небесные разверзлись, и ледяная вода мгновенно сводила на нет попытки Роя высушить нас. Остатки моей магии ушли на обратный путь по дну и водную оболочку. Я чувствовала себя опустошенной, в голове не было ни одной мысли.
