Он действительно не был идиотом, поэтому быстро догадался, что Зара рассказала ему не все. Но она не могла ответить признанием на признание, разрушить атмосферу близости и покоя.
— Меня попросил человек, которому я обязана.
Его глаза потеплели, и, хотя Зара не до конца верила тому, что видела в их глубине, она боялась это спугнуть.
— Что тебе нужно от меня? — Томас подошел к ней почти вплотную.
Зара попыталась телепатически передать ему разрешение сделать то, что было у него на уме. Он посмотрел на ее рот, потом — прямо в глаза. Время остановилось в наполненной теплом и сладкими ароматами кухне.
— Ты слишком соблазнительна.
Он наклонился и прикоснулся губами к ее губам. Воздушно. Мимолетно. Зара прерывисто вздохнула — от удовольствия и разочарования.
Второй раз Томас поцеловал Зару по-настоящему, привлекая ее к себе все настойчивее, пока она не прижалась к его груди. Это было именно то, чего она так страстно желала. Доказательство, что Томас хочет прикасаться к ней, целовать, вдыхая в нее невероятное по яркости ощущение жизни. Зара отдала бы все на свете, лишь бы он не выпускал ее из объятий.
— Ты так вкусно пахнешь, — выдохнул Томас, на мгновение оторвавшись от ее губ.
— Это ваниль и сахар…
— Не только.
— Ты же сказал, что не любишь сладкое. — Она улыбнулась.
— Я был не прав. — И Томас поцеловал ее снова.
Зара огорченно пискнула, когда он сделал шаг назад. Она не знала, сможет ли когда-нибудь насытиться его поцелуями. Но Томас лишь улыбнулся и потянул вверх подол ее футболки.
Зара смутилась, но даже не попыталась остановить его, пока он снимал с нее футболку. А потом застыла, не зная, куда девать глаза, в то время как Томас тоже стоял неподвижно, любуясь ее обнаженной грудью. Напряженные соски словно бы тянулись к нему, приглашая дотронуться до них руками… или языком.
Дрожь прошла по телу Зары, когда она поймала себя на том, какое бесстыдство лезет ей в голову. Она начала было отворачиваться и прикрываться, но Томас остановил ее.
— Зара. — Он накрыл ладонями ее груди. — Ты прекрасна.
Она знала, что не представляет собой ничего особенного, хотя со стороны Томаса было очень мило сделать ей комплимент.
Он сорвал с себя рубашку, и неловкость Зары смыло волной чувственного восторга. Вожделение пульсировало между ее ног.
Вот кто был действительно прекрасен.
— Твои мускулы! — ахнула Зара.
Они были восхитительно рельефными, упругими. Зара протянула руку и обвела пальчиком шрам, который не видела, когда подглядывала за Томасом из окна. Томас обнял и поцеловал ее. Электрические мурашки удовольствия пробежали по телу Зары от прикосновения к его голому торсу.
Во время следующего поцелуя он подталкивал Зару, пока она не уперлась в край кухонного стола, а затем приподнял и посадил на столешницу. Но давление с его стороны не ослабло, он хотел, чтобы Зара легла. Томас встал между ее раздвинутых ног — совсем близко к тому месту, которое горело от желания ощутить его напор. Он наклонился, чтобы поцеловать ее, и Зара застонала, в первый раз почувствовав на себе вес мужского тела.
Закрыв глаза, она стала отчетливее ощущать каждое прикосновение Томаса. Он пропустил ее волосы между пальцами одной руки, прижимая ее лицо к своему, а второй рукой ласкал набухшие груди. Под его нежными ласками Зара чувствовала себя драгоценным сокровищем невиданной красоты. Кончиками пальцев Томас исследовал ее тело, целовал неторопливо и самозабвенно. Ему не потребовалось много времени, чтобы пробраться рукой под поясок джинсов. Сильные пальцы прикоснулись к самому укромному уголку. Зара распахнула глаза и инстинктивно сжала ноги, хотя сама не понимала, что пытается сделать — прижать руку Томаса крепче или остановить его. Она еще не была близка с мужчиной, поэтому внезапно застыдилась.
Томас заметил ее растерянный взгляд, но ничего не сказал. Его улыбка, обещавшая запретное наслаждение, окончательно лишила Зару воли к сопротивлению. Она же сама хотела быть с Томасом — получать удовольствие и дарить его. Ее вожделение достигло очередного пика, и в ответ на новый прилив влажного жара Томас погладил пальцами его чувствительный источник.
Губы Зары приоткрылись, но она не могла даже связать свои мысли, не говоря уже о том, чтобы облечь их в слова. Движения его рук стали напористее, быстрее, они растворяли ее стыд, побуждали отвечать на ласки. Вцепившись в мускулистые плечи Томаса, Зара качала бедрами, как подсказывали его умные пальцы. Сладкое напряжение внутри ее нарастало, поцелуи Томаса прокладывали путь к блаженству.
Зара извивалась перед ним, забыв стыд, пока предчувствие оргазма не заставило ее вспомнить, как сильно она хотела подарить такое же блаженство Томасу. Но было уже поздно.
— О да, — промурлыкал Томас, пристально глядя на Зару, в то время как его руки продолжали свою работу.
Сладость прикосновений Томаса становилась нестерпимой. Тело Зары избавилось от ее контроля: она не могла перестать двигаться в заданном им ритме, удержать мышцы от сокращения или заглушить стоны, рвущиеся из горла.
— Наслаждайся.
