Однако свой кошелек он достать тоже не успел. Два Волка, что так и таскались за Кайсой, блестя голодными влюбленными глазами, чуть не устроили драку за право купить ей картину. И устроили бы, если б Кайса, зашипев на обоих, не ткнула пальцем сначала в мозаику, потом в приглянувшийся сундучок. Волки понятливо кивнули и попытались вручить ей мгновенно купленные подарки, но Кайса изумилась:
— Я что, сама это понесу? Когда рядом большие сильные мужчины?
Лестана снова сдержала хихиканье и подумала, что страшнее Кайсы зверя в лесу все-таки нет! И в лесу, и дома, а уж на рынке!
Хорошее настроение вернулось окончательно, и, когда они вышли на большую площадь, в одном конце которой столпились оборотни и люди вперемешку, Лестана первая спросила:
— А там что?
— Там стреляют из лука, — отозвался Брангард. — Хотите посмотреть?
Лестана хотела. Дома она ходила на воинские состязания, потому что наследница клана должна знать своих защитников, но нравилось ей не все. Поединки на мечах, даже учебные, казались опасными до дрожи, сердце замирало от сверкания стали, зато стрельба из лука — это красиво!
Толпа послушно расступилась, повинуясь негромкому приказу Брангарда, и Лестану с Кайсой и Иваром пропустили к самому краю ристалища. В одном его конце стояли самые разные мишени, в другом — стрелки, среди которых она увидела Рысей, приехавших в ее охране. Гваэлис как раз натягивал лук, и, когда его стрела вонзилась в мишень, толпа одобрительно зашумела. Однако высокий Волк, стоящий рядом с ним спиной к Лестане, поднял лук и небрежно, почти не целясь, выстрелил, попав ближе к середине. Зрители снова загомонили, а у Лестаны екнуло сердце — этого Волка она узнала бы и со спины, и в темноте и даже, наверное, с закрытыми глазами. Просто чтобы держаться подальше!
— У вас хорошие стрелки, — учтиво сказал Брангард, когда Гваэлис, оставив лук на подставке, отошел в сторону.
— Недостаточно хорошие, — хмуро отозвался Ивар. — Похоже, придется мне попробовать.
— Перестрелять Хольма? — удивился Волк с разбитым носом. — Наш Клык родился с оружием в руках!
Но Ивар уже решительно пошел в сторону стрелков. Спохватившись, Лестана последовала за ним, потому что толпа явно была на стороне хозяев — пусть Ивар чувствует хотя бы ее поддержку. А если ему удастся поставить на место надменного Волчару… Мать-Рысь, пусть так и будет!
Брангард, Кайса и ее два сегодняшних хвоста-ухажера подошли, когда мрачный Хольм слушал негромко говорящего Ивара. Коротко кивнув, Волк махнул рукой, и два паренька бегом унесли старые мишени, поставив новые. Ивар подошел к подставкам с разными луками, взял один, попробовал натянуть, но вернул его на место и снял другой. Наконец, выбрав, он вернулся на линию выстрела.
Зрители с интересом притихли, а Лестана сцепила перед собой ладони, горячо желая победы брату. Ивар поднял лук, наложил стрелу… Свистнула тетива, и стрела задрожала оперением в темном «яблочке» мишени. Еще одна — и снова в «яблочко». Кивнув, Ивар что-то сказал, и мишень опять поспешно заменили, поставив ее несколькими шагами дальше. Лестана хотела бы спросить, почему Хольм не стрелял, но вовремя сообразила, что брат просто пробовал незнакомый лук, а состязание начнется только теперь.
Оба стрелка стояли к ней спиной, но даже так было понятно, насколько они разные. Волк в кожаных штанах и той же самой синей рубашке, в которой был на пиру, широкоплечий и рослый, с небрежно завязанными в хвост черными лохмами. И тонкий изящный Ивар, затянутый в темно-зеленый шелк и золотистую замшу, сияющий на солнце гладкими светло-рыжими волосами, заплетенными в длинную мужскую косу. Кажется, Лестана еще никогда и никому так не желала победы, как сейчас — брату!
Впрочем, первые выстрелы показали, что Волк и Рысь равны. Ивар целился чуть дольше, красиво вскидывая лук, Хольм стрелял быстро, словно торопился. И после каждого выстрела мишень отодвигали, а толпа гомонила громче, мгновенно затихая, когда соперники накладывали стрелу на тетиву. Еще выстрел! И еще на несколько шагов мишень дальше. Лестана, будто завороженная, следила за движениями стрелков.
— А Кот хорош, — одобрительно сказал один из дружинников. — По виду и не скажешь, что воин. Только Хольм все равно победит, недельное жалованье ставлю!
«Можно подумать, воин должен быть страшным и мрачным, как ваш предводитель», — сердито подумала Лестана и покосилась на Брангарда.
— Ага, поищи дурака — против нашего Клыка ставить, — отозвался второй.
Мишень уже отодвинули до возможного предела, и Лестана увидела, как Ивар что-то говорит сопернику, а тот отрицательно качает головой. Неужели сдается?!
Томимая любопытством, она принялась пробираться поближе по краю толпы и, наконец, остановившись в нескольких шагах от стрелков, расслышала:
— Последний раз! — горячо упрашивал всегда спокойный Ивар. — И не по этой мишени, а по яблоку! Ставлю… да хоть бы свой кинжал!
