Малфой побледнел и подойдя к телу тихо прошептал.
— Стазис.
Тело аврора окружила переливчатая серебристая сфера.
— Мисс Хилл, левитируйте его в процедурную. Быстрее, у нас мало времени.
Мисс Хилл взмахом палочки подняла в воздухе перед собой неподвижного аврора, на выходе из приёмного отделения к ним присоединился Эдвардс, помогая Хилл переносить тело перед собой.
Эдвардс был уже взрослым мужчиной, слегка 40 лет, тусклые рыжие волосы, высокий лоб и длинный тонкий нос. Густая рыжая борода была всегда тщательно уложена, а цепкий взгляд карих глаз пробирал до костей. Он был высокий и крепко сложенный, ирландские корни давали знать не только во внешности, но и в характере.
В холодном, ярко освещённом процедурном кабинете, тело быстро опустили на стол, колдомедики окружили тело главного аврора.
— Диагностические чары, мистер Эдвардс.
Медик взмахнул палочкой, водя ей вокруг тела, прытко пишущее перо писало под тихие слова мужчины.
— Открытый перелом ноги в трёх местах, перелом четырех пальцев рук, три на правой руке, один на левой, глубокий порез в области бедренной артерии, разрыв печени, перелом четвертого и пятого ребер, ушиб лёгкого, перелом плеча, сотрясение средней степени тяжести. Три проклятия, одно темномагическое, два обычных.
Малфой кивнул, стараясь казаться спокойным:
— Обычные снимайте сами, мистер Эдвардс, — Малфой подошел ближе, — Мисс Хилл, костерост, кроветворящее, восстанавливающее, успокаивающее, сон без сновидений.
Блондин резко взмахнул палочкой и по комнате прокатилась волна холода, оседая на коже колдомедиков.
— Снимаю «стазис», очень быстро, господа, работаем очень быстро. Нам не нужна ЕГО смерть сегодня ночью.
Все кивнули и принялись за работу. Через три часа Малфой, наконец, вышел из процедурного кабинета, халат был в брызгах крови, руки тряслись от усталости и магического истощения. Ощущение, что тебя окунули в ледяную воду, достали и забыли сказать, как дышать. Лёгкие были, как-будто забиты льдом.
Но в приемном отделении ещё было полно работы и лишние руки никогда не бывали лишними. Несколько авроров с лёгкими травмами ещё сидели там, кровь с пола убирали старательные эльфы в белоснежных маленьких халатах. Малфой прям там, сидя на жестоких и холодных скамейках старался, как можно быстрее, закончить работу. Срастить носы, вправить пальцы и залечить лёгкие порезы, усталость наступала и стискивая сознание холодной лапой, руки дрожали, а глаза закрывались, пытаясь погрузить сознание в спасительную темноту.
Но, колдомедик старался взять себя в руки и, стряхивая себя сон и осматривая опустевшее приемное отделение и коридоры, выдохнул. Эта ебаная ночь закончилась.
========== 2 ==========
Малфой, зарывшись в одеяла на широкой кровати в Малфой-мэноре, лениво моргал и, стараясь не шевелиться, наслаждался поздним пробуждением. Из огромных окон лился свет закатного солнца.
Большие часы над камином показывали 7 часов вечера; Скорпиус, наверняка, уже давно заскучал. Хотя, конечно, ему есть чем заняться: книг в Малфой-мэноре много, учителя задают шестилетнему мальчику достаточно заданий, чтоб он был занят вечерами.
Драко уже 32, сыну только 6 лет, он давно уже учился с частными учителями, приличествующими чистокровному волшебнику. Скорпиус всегда был очень умным и подвижным ребенком, развитым и хитрым, не по годам серьезным. Отсутствие в его жизни бабки и деда сделали свое дело. Нарцисса уже давно жила во Франции, не посещая сына и внука. Люциус Малфой был заключён в Азкабан сразу после окончания войны на 5 лет и умер через полгода после освобождения. Драко никогда не расписывал сыну в традиции и не воспевал чистоту крови, но и не отрицает привилегий этого. Мальчик был способен сделать выводы, без вмешательства.
Отец нашел сына в библиотеке, зарывшегося в книги по самую блондинистую макушку.
— Скорпи, ты такой заучка, — Малфой опустился на диван рядом с сыном и заглянул в книгу.
— Конечно, отец, что же мне ещё делать, пока тебя нет.
Малфой мягко засмеялся и пригладил сыну волосы, вчитываясь в выцветшие буквы книги.
— Сложное дежурство? — обеспокоенно спрашивает сын.
— Более менее, — Драко положил голову на спинку кресла, закрывая глаза, — Более менее сынок. Ночью доставили Поттера.
— Гарри Поттера? — взволнованным голосом спросил Скорпиус.
— Да, его.
Скорпиус был большим фанатом национального героя Британии и постоянно следил за новостями о своем кумире. Драко не вмешивался в этот интерес, какая разница, кто нравится мальчику, когда он хочет стать аврором, а это предполагает достаточно высокие оценки по экзаменам. Главное, чтоб эта фанатская любовь стимулировала желание учиться.
— Как он?
Драко открыл глаза и улыбнулся:
— Будет жить, не волнуйся. Скоро ужин, спускайся.
***
Утро на работе — самое ненавистное время дня у колдомедиков. Осмотры, обходы, консультации, и все втиснуто в небольшое время.
Последний осмотр, десятая палата. У двери Малфой остановился и, вытащив из кармана фиал с обезболивающим зельем, выпил его залпом. За его спиной Хилл и Эдвардс переглянулись.