—Ты что, какое там, — отмахнулся Берк, — они капризные очень. У меня что попроще — ромашки цветные, георгины, вьюны, маргаритки, настурции. Выйдешь утром поливать, а на листьях капли росы. Так и хочетсяна вкус попробовать. А самое главное, радостно что ты это все сам сделал. Ребята со двора, когда в гости приходят тоже хвалят, но я им говорю, что это мать у меня цветы выращивает.
—А почему ты правду не скажешь? — удивилась доминанта, — ведь им же нравиться.
—Ну, понимаешь, не мужское это дело — цветы выращивать. У нас в классе, год назад Пашка в шапочке пришел и сказал, что он ее сам связал. В кружке вязания занимался. Шапочка была ничего, прикольная, но его засмеяли, до слез довели. Педиком обозвали. С тех пор он больше не вяжет, — объяснил Берк.
—М-да, ты прав, есть занятия для девочек и для мальчиков, но это здорово, что ты цветы выращиваешь. Я же говорю ты — самурай, воин, который понимает прекрасное. Ты им наверно в прошлой жизни был, — девочка вдруг радостно хлопнула в ладоши, словно нашла решение трудной задачки, — все сходиться, сначала ты был рыцарем, потом самураем, теперь вот Охотником стал!
—Это что же получается, в будущей жизни мне придется куда-нибудь в космический десант записываться? — шутя продолжил ее мысль Берк.
—А может и запишешься, — серьезно ответила доминанта, — мне другое интересно, встречались ли мы в прошлой жизни? Я тебя знаю всего несколько часов, а мне кажется, что очень давно. Только мы не виделись долго. А ты веришь в реинкарнацию?
—Верю, но считаю, что о предыдущей жизни лучше ничего не знать. Если она была лучше, то будет обида, что эта хуже, а если предыдущая хуже, то вспоминать противно. А что касается того… ну встречи в предыдущей жизни, то это вряд ли, вероятность нулевая, — Берк посмотрел на часы и присвистнул, — ого, уже без пяти восемь. Сейчас тебе ужин принесут. А мне пора уходить.
—Постой посиди еще немного, только минуточку, я хочу тебя запомнить. Я ведь больше никогда тебя не увижу? — умоляюще спросила его Таня.
—Никогда, — эхом отозвался Берк и замер.
Им обоим стало грустно. Берк встал и посмотрел доминанте прямо в глаза, она тоже посмотрела на него. Таня прислонилась лбом к стеклу камеры и очень тихо сказала:
—Нет, мы были знакомы раньше. Я это чувствую. Я тебя знала.
—Может быть, — Берк отвел глаза, собрал стул и еще раз посмотрел на Таню. Она все так же сидела за пуленепробиваемым стеклом. Сил сказать последние слова прощания у Берка не осталось. Он медленно пошел по коридору.
—Прощай Берк! — громко сказала ему вслед девочка.
—Прощай доминанта! — так же громко, но не оборачиваясь, попрощался Берк.
Берк вышел из СБнемного пошатываясь. Только сейчас он почувствовалкак он устал на самом деле. Ничего не хотелось, только как можно скорее добраться домой и рухнуть на постель. Но где-то там, в самом потаенном закутке души маленькой искоркой светилась радость. «Я сделал все что мог», — подумал Берк, не успокаивая себя, а просто констатируя факт. В метро он заснул. Это случилось с ним впервые. Но не обычным сном, а скорее дремой. Он закрыл глаза и вокруг него закружились обрывки сегодняшнего дня. Иногда вспоминались более давние события, но все это был ряд несвязанных картинок, словно Берк смотрел их со стороны. «Мальчик, конечная», — разбудил его чей-то голос. Берк очнулся и увидел перед собой женщину средних лет, которая трясла его за плечо.
—Да, спасибо, — поблагодарил Берк и зевнул. Он вышел из вагона и с неудовольствием подумал: «Ну вот, теперь придется назад ехать». Наконец он приехал домой. Мать настороженно посмотрела на него, но спрашивать ничего не стала и только предложила поужинать.
—Нет, спасибо мам, я лучше спать пойду. Устал сегодня очень, — ответил Берк. На кухню вошел отец, посмотрев на сына он спросил:
—Ты что такой смурной, случилось чего?
—Нет пап, все хорошо, — равнодушно ответил Берк, он выпил стакан воды из под крана и пошел в свою комнату. Через минуту раздался стук в дверь.
—Да, — отозвался Берк. В комнату вошел отец. Он присел на край кровати и молчал, не решаясь начать разговор. Наконец он проговорил:
—Димка, что случилось? Ты сегодня сам не свой.
Берк посмотрел на отца в его глазах ясно читалось беспокойство за него. Он видел, что с Берком что-то не так.
—Все нормально пап. Я сегодня должен был убить ангела. Но я этого не сделал. Правда ангел этот все равно умрет. Вот это и обидно. И еще я сегодня разговаривал с девочкой, приговоренной к смерти. Долго разговаривал. И я теперь знаю, что такое не иметь невосприимчивость от доминант. Это прекрасно и страшно одновременно. Душа и разум разделяются и хотят противоположных вещей.
Отец с опаской посмотрел на Берка.
—Вот, что сынок, ты если что…сразу уходи из этой своей СБ. Плюнь на их деньги и возможности. Ты нам с матерью важнее, — ответил он.
—Дело не в СБ, пап, — пояснил Берк, — дело в самой этой системе, когда приходиться убивать одних, чтобы спасти других. И эти одни, самое главное, ни в чем не виноваты. Природа или, кто там еще, сделали их такими.
