—И что дальше, Дим? — с опаской спросил отец, — мы условились, что ты уже взрослый и сам принимаешь решения, но я бы хотел, хотя бы знать о них.
—Да ничего пап, буду и дальше работать в Отделе Охотников. Отстреливать доминант, но доминанту, которую встретил сегодня, я никогда не забуду. Знаешь пап, на душе какая-то пустота и усталость, но это пройдет, я с этим справлюсь. Ты сам говоришь — время лучший лекарь. Мне бы не помешал сейчас перстень царя Соломона. «Все проходит. И это пройдет». Хорошие слова. Меня сегодня произвели в рыцари и самураи одновременно. Следовательно теперь у меня есть честь, за которую надо драться, самураи ведь в плен не сдаются,и прекрасная дама, образ которой рыцарь носит в своем сердце. Вот так, — Берк замолчал. За окном догорал закат. Но было еще очень светло. Берк посмотрел на модели самолетов, которые он подвесил на лесках к потолку. Сейчас, в сумерках, казалось, что они просто замерли в воздухе. Берку нравилось так вечером, лежа в постели смотреть на них. Это успокаивало его перед сном.
—Что значит, что тебя сегодня посвятили в рыцари и самураи одновременно? Это же совершенно разные воины, — не понял отец.
—Да нет пап это я несерьезно. Настроение у меня такое сейчас, хочется сесть на лошадь, взять меч и скакать куда глаза глядят. Подальше от СБ, Охотников, доминант. Мне на дачу к бабушке хочется. Но отпуск только в июле дадут, — объяснил Берк.
—Ну вот тогда и поедешь. Недолго осталось ждать, всего две недели. Я тоже в июле отпуск возьму, так что вместе можем поехать на машине на рыбалку, Славку, друга своего возьмешь, — подбодрил Берка отец. Но Берк как-то пропустил это мимо ушей. Он продолжал думать о своем.
—Меня завтра скорее всего в Аквариум посадят. Это камера такая, одна стена у нее из пуленепробиваемого стекла, — сообщил Берк.
—За что? — испугался отец.
—Ни за что, — спокойно ответил Берк и объяснил, — это не наказание. Это предосторожность такая. Долго объяснять.
—А понятно, — пробасил отец, хотя ничего не понял.
—Ладно, спать пора. Спокойной ночи, пап, — сказал Берк, поворачиваясь к стене.
—Спокойной ночи, — пожелал в ответ отец и вышел из комнаты Берка. Берк какое-то время лежал, стараясь заснуть. Но, убедившись, что несмотря на усталость сна нет, стал думать о доминанте. «Как она там? Кроватей в Аквариуме нет. Охранник через ящик только одеяло и подушку выдает. Хотя пол весь мягкий словно диван. И свет они там полностью никогда не гасят. Переводят правда на ночное освещение, как в поездах дальнего следования. О чем она сейчас думает? Ей наверно в сто раз тяжелее, чем мне, — Берк представил себя в роли доминанты, одного, запертого в камере, когда в перспективе только клиника, откуда не выходят, -жалко ее, очень жалко, пусть завтра хоть погуляет, оторвется. Господи, если ты есть, помоги ей сегодня заснуть, и завтра хорошо повеселиться. А там может лекарство для нее найдут». С этой мыслью Берк провалился в тяжелое забытье..
